В своем новом интервью Петар Дундов рассказывает о тяжкой судьбе электронного музыканта в Хорватии 90-ых, своем увлечении техно и творческих секретах, благодаря которым любой сможет научиться писать музыку, уносящую слушателей в далекий космос. Таких секретов Петар знает ой как много, ведь этим делом он успешно занимается вот уже который год и как раз недавно выпустил свой третий альбом.
- Когда ты впервые познакомился с электронной музыкой?
- Еще в школьные годы. Я пришел в гости к другу и он показал мне альбом, который ему недавно купил отец. Это был Kraftwerk - Die Mensch-Maschine. Сказать, что звук меня ошеломил - ничего не сказать. С того момента я начал собирать любые записи, лишь бы там были синтезаторы.
-
Расскажи о своих ранних музыкальных влияниях и той музыке, которая тебе нравится сейчас.
- Мои ранние влияния восходят к музыке Pink Floyd, Jean Michel Jarre, Mike Oldfield, Andreas Vollenweider и многих других похожих авторов. Мне нравятся саундтреки, которые писали Vangelis, Angelo Badalamenti, Eric Serra и Cliff Martinez. Что касается клубной музыки - очень люблю творчество Carl Craig и Matthew Dear. Главное для меня - звуки и их организация. Лучшая музыка - это всегда комбинация двух миров: саунд-продакшена и композиции, принцип, которому я всегда оставался верен.
- Ты пишешь техно с 20-летнего возраста. Просто ли было начать карьеру диджея и продюсера в Хорватии 90-ых?
- В то время я изучал электротехнику и писал музыку на компьютере. У меня еще со школьных лет сохранились базовые музыкальные знания, я учился играть на гитаре. В 1992 году я получил свой первый синтезатор и начал выступать вживую. Пару раз появился на радио, дал несколько концертов и вскоре после этого стал резидентом берлинского лейбла Formaldehyd Records. Вот тогда-то всё и изменилось. Начались туры по Германии, мои записи стали хорошо продаваться и я наконец-то смог позволить себе достойное оборудование, чтобы и дальше развивать свой звук. А еще через несколько лет я начал диджеить. У меня набралась довольно большая коллекция записей и было здорово, что я мог ткать из них вереницы песен длиной в целую ночь. Примерно в 1995 году я купил свой первый модульный синт и это перевернуло мое отношение к звуку. У меня был аналоговый секвенсер, который я настраивал на слух и создавал с его помощью безумные последовательности, не соотносящиеся ни с одной тональностью. Я сразу понял, сколько расстояния открывается между нотами и какие интересные взаимоотношения можно получить, играя с более широким диапазоном интервалов, что было бы физически невозможно, играй ты двумя руками на клавиатуре. Еще одна интересная деталь - в том синтезаторе не было памяти, чтобы сохранять звуки, так что мне пришлось углубиться в его изучение до такой степени, что я научился воссоздавать звук по памяти. Эта способность имела следующий "побочный эффект" - я мог воспроизвести на машине любой звук, не важно, где и когда я его слышал.
По началу было сложно запоминать мелодии, которые возникали в моей голове. Но с практикой я научился удерживать их так долго, как понадобится. Сегодня, имея под рукой мобильные телефоны с диктофонами, в этом больше нет надобности - я могу просто спеть и записать ее, но иногда мне снятся мелодии и я все еще могу их запомнить. Диджеинг тоже научил меня одной хорошей вещи - что бы ты ни делал, оно должно вписываться в окружающий контекст. Всё это не было настолько очевидным, пока я работал только над собственной музыкой.
А вообще, в Хорватии в то время сложно было начать музыкальную карьеру - у нас шла война и вся индустрия в эти пять лет просто замерла. После разделения Югославии на шесть частей, музыкальный рынок исчез. Ведь мы стали просто четырьмя миллионами людей, разбросанными по большой территории с минимумом городских районов - согласитесь, не самые благоприятные условия для андерграундной музыки. Мне повезло, что у меня были друзья за границей, которые понимали мою музыку и я мог развиваться, как любой европейский артист. Сегодня в Загребе все еще существует небольшая, но сильная андерграундная сцена. Она сплотила нас вместе, позволив пережить те страшные времена.
Некоторые говорят, что вся Хорватия состоит из таких ступенек
- Ты все еще используешь в работе тот самый волшебный модульный синтезатор?Могу поспорить, компьютерам пока еще не удалось вытеснить старую добрую аппаратуру. Я прав?
- Я люблю технологии, меня всегда было интересно, что и откуда берется. Начинал я с чисто цифровой среды, но в аналоговом звуке было что-то более близкое к реальному миру. Учти, что под цифровой средой в те времена имелись в виду 8-битные сэмплеры и компьютерные аудиочипы, а у меня не было денег, чтобы купить себе более-менее пристойный синт. Повезло, что один парень как раз продавал свой старый модульный Roland. Тот достался ему от отца и он даже не знал, как его включить, так что я заполучил его по дешевке. Что было отличного в 90-ых - что ты мог купить 909-ый или 303-ий за пару сотен и сформировать у себя вполне пристойный набор для создания музыки. Сейчас в моей студии накопились кучи старых аналоговых инструментов вместе со всеми этими новыми цифровыми плагинами и секвенсерами - практически все хорошие вещи, начиная от 70-ых и до наших дней. Они все работают сообща и вот где происходит волшебство.
Будь я начинающим юным музыкантом, сегодня я бы, пожалуй, начал с пары сильных компьютеров и рабочего ITB. Сейчас столько людей вовлечено в создание софта и аппаратуры, так много появилось инновационных контроллеров и программных синтов, с которыми можно даже не задумываться о старых вещах. Хотя, с другой стороны, это просто способ выражать свои идеи.
Есть только один критерий, которому я следую - если что-то хорошее вертится в твоей голове - запиши его. Не важно, что это - если у тебя есть вдохновение, ты должен записать его.
- А я поздравляю тебя с выходом нового альбома Sailing of the Grid. В нем столько эмоций и деталей! Расскажи о своем путешествии и видении альбома.
- После того, как вышел Ideas From The Pond, я проводил всё время в турах, а эти песни хранились на моем винчестере в виде набросков. Это было плодотворное время - когда ты на сцене, всё это воодушевляет тебя и заставляет думать о взаимоотношениях с окружающим миром, а когда возвращаешься домой - ты буквально ощущаешь порыв записать все мелодии, которые крутятся в твоей голове. Это может быть мотив или что-то вроде шаблона, но потом, когда я перевожу его в песню, он обретает форму. Осенью 2012 я сидел в моей студии, у меня была пара общих идей и я просто начал писать.
Я верю в то, что музыка - это просто очередной способ кодирования информации и всегда ищу новые способы ее создания. На этот раз я решил сосредоточиться на классических мотивах - поискать скрытую красоту, лежащую в основе очевидного. Существуют конкретные вещи, которые кажутся нам красивыми, но мы не можем объяснить, почему это так. Своего рода консенсус - сетка, через которую мы воспринимаем мир и с помощью которой понимаем, что мы оцениваем. Что-то, что мы привыкли использовать, чтобы формировать отношение, с помощью которого мы можем создавать значимые для нас вещи. Так что суть не в согласованности или консенсусе, суть в том, что мы можем извлечь из нашего окружения, смотря сквозь эти общепринятые “линзы”. Вот вопрос, на который я пытался ответить с помощью музыки Sailing Off The Grid.
- Это уже третий альбом, в котором ты пытался создать что-то в масштабе, уходящем за рамки танцпольной музыки. Как думаешь, выражение себя подобными способами уже стало неотъемлемой частью твоей артистической натуры?
- Да. Я верю в то, что выражение не имеет границ. Единственные существующие границы - те, которые мы ставим себе сами. Я не заставлял себя ничего писать, это произошло само. Еще когда я был юным артистом, вдохновение всегда лежало за гранью моей способности постигнуть его, в том смысле, чтобы иметь возможность превращать его в запись. Ушло много лет, чтобы научиться записывать песни, которые рождаются в моей голове. Конечно, вдохновение, как часть подсознания, имеет намного больше общего с наследием и ранними влияниями (я имею в виду не только свои собственные, нужно учитывать всю музыку и звуки, которые окружают нас с раннего детства). Есть только один критерий, которому я следую - если что-то хорошее вертится в твоей голове - запиши его. Не важно, что это - если у тебя есть вдохновение, ты должен записать его.
Kraftwerk очень сильно повлияли на Петара.
- Тем не менее, я отмечу, что между материалом Sailing Off The Grid и твоими клубными работами всё равно остается много общего. Согласен?
- Конечно. За ними стоит одна базовая идея, разве что формат другой. Большую часть моей дискографии составляет клубная музыка, я родом из 12-дюймовых пластинок. Но с другой стороны прелесть альбомного формата в том, что он позволяет расширить это выражение, вложить более глубокий смысл.
В альбомах я стараюсь создавать путешествия, где движение и покой переплетены. В реальной жизни бывают как активные, так и пассивные состояния, а моя главная цель - воссоздать опыт, где оба эти состояния сосуществует. Как ты понимаешь, активным состояниям соответствуют клубные песни.
- Также ощущается, что Sailing Off The Grid снимает шляпу перед величайшими синтезаторными авторами 80-ых. Расскажешь, чья музыка особенно повлияла на твой альбом?
- Ну, я ведь дитя 80-ых. Само-собой, что я принадлежу музыке того времени. Каким-то образом она включена в мой способ мышления, она хранится в моей памяти и когда я играю что-то, оно обязательно резонирует с паттернами 80-ых. Мне нравится страсть того времени. Люди открывали новые возможности, это было прекрасное время для синтезаторной музыки. Я полностью отдан синтезаторному звуку, так что сходство с той эпохи никогда меня не покинет.
- Твой Moving для меня - один из лучших треков 2013 года. Сколько времени на него ушло?
- Обычно на такой трек уходит неделя или две. Конкретно в Moving очень много разных элементов. И я помню, что пока альбом рос, я постоянно возвращался к готовым трекам - подправлял струнные, менял объемы эффектов и вносил прочие корректировки. Мне нравится совершенствовать материал, который я создаю. Иногда я записываю трек и откладываю его на время, работаю над чем-то еще, а потом возвращаюсь и слушаю его уже со свежей головой. Когда ты занимаешься композицией, аранжировкой и продакшеном, легко попасть в ситуацию, где ты теряешь способность оценивать объективно. Вот почему на такие требовательные работы, как Moving нужно больше времени. Но итоговый результат окупает это с лихвой.
Техно остается для меня стремлением к экспрессии звука, основанного на конкретном темпе и атмосфере развивающегося мира технологий.
- Наиболее характерные элементы твоей музыки - ощущение путешествия, которое создается благодаря большой длине треков и сильная мелодичность. Как оба этих качества стали твоим фирменным почерком?
- Все началось с альбома Escapements. Тогда-то я и ушел от 6-минутного ограничения 12-дюймовых пластинок и начал писать длинные треки. Я смог растягивать интро, медленно увлекая слушателя в историю, а потом использовать импровизацию, чтобы формировать более сложные мелодические структуры. Я применял технику игры в реальном времени, не совсем привычную для этого жанра. Раньше я упускал человеческий компонент музыки. Мы приняли технологию за должное и считали, что чем больше ее, тем лучше. Но со временем меня перестало удовлетворять то, что я остаюсь всего лишь автором музыки, звучащей из колонок. Это привело меня к идее - а что, если добавить свой фирменный знак, придать музыке реальный “человеческий” тайминг? Что-то, что каждый сможет услышать и понять. Теперь это постоянный компонент всех моих треков.
- А тебе легче или, наоборот, сложнее работать вместе с кем-то еще, вроде Gregor Tresher?
- Я бы не сказал, что легче. Скорее быстрее. Две головы соображают лучше, чем одна, к тому же имеет место взаимный обмен идеями. Мне нравится такой способ работы, ты всегда открываешь для себя что-то новое. Поток мыслей все время обсуждается и поэтому решения получаются более объективными. Когда в студии царит хорошая энергия, новые идеи приходят сами и работа течет свободным потоком. Я наслаждаюсь такими моментами.
- Расскажи о своих планах на будущее. Что собираешься выпустить?
- Мы совсем недавно выпустили сингл с нового альбома - Moving / Canonical Waves и припасли еще один на следующий год. И ремиксы, которые я записывал для лейблов My Favorite Robot и Caduceus - они должны выйти в декабре. Я все еще нахожусь в мировом туре, так что надеюсь, мне удастся найти время, чтобы закончить еще один альбом в следующем году.
Микширование пластинок дарит людям радость.
- Интересный дискуссионный момент для твоих фанов - настолько ты идентифицируешь себя с техно-артистом и насколько это одновременно контрастирует с тем, что люди обычно ожидают от этого жанра. Как ты сам считаешь?
- В 90-ых, когда я только увлекся техно, больше всего меня привлекало то, что оно было самой абстрактной формой клубной музыки. В техно не было четких границ, эта музыка включала в себя всё - от шелковистых детройтских струнных до странных щипков 303. Никаких правил, только ощущение. Люди вкладывали в музыку ощутимую страсть и именно она мгновенно привлекла меня в этом жанре.
Сегодня, когда ты рассказываешь об этом людям, они не понимают, ведь техно для них стало самой обычной формой. Я не против таких разговоров, обычно они открывают новые стороны для людей, которые сталкиваются с подобными вопросами. Для меня же техно остается стремлением к экспрессии звука, основанного на конкретном темпе и атмосфере развивающегося мира технологий.
- Твои треки градуированы, в них есть и психоделия, и что-то эпичное. Они - словно падение в монументальный миф. Так в чем же концепция техно Петара Дундова?
- Как я уже говорил, техно для меня - одна из наиболее абстрактных форм в электронной музыке. За что я его люблю - так это за энергию, которая поддерживается фундаментальными структурами ритма и баса и за способность наполнять пространство повествования простыми и постоянно развивающимися музыкальными фразами. Меня привлекает его дуальность формы. Помню, в 90-ых, когда сцена только-только зарождалась, суть музыки была в звуке, в новых текстурах, которые ты мог получить, обращаясь с машинами необычными способами, это была музыка кричащих лидов, прорывающихся сквозь динамики. Вот в чем была инновация, обозначившая тот период, вот что создало фундаментальную структуру этого уникального стиля среди всей прочей клубной музыки того времени. Я вовлекся в эту гонку в то время, когда техно воспринималось, как способ выражения. Когда каждый новичок точно знал, что это. Сейчас это немного сложно понять, ведь мы оцениваем техно с позиции субжанра, выдержанного в своем разнообразии и отпочковавшегося от пары простейших форм клубного звука за многие годы. В то время я мог писать, брейкбит, хаус и техно - стили, которые привлекали меня в самом начале карьеры. Я любил брейкбит за то, что психоделический брейк и ударные были структуированы так, чтобы поддерживать в тебе светлый и счастливый настрой. Хаус я любил за то, что он напоминал мне о диско - музыке, которой увлекались мои родители. У нас дома были тонны кассет, так что меня вдохновляла его позитивность и меланхоличный вайб, завернутые в в постоянные устойчивые удары. Но ни один из этих стилей не давал мне того же, что техно. А все благодаря тому внетелесному ощущению, которое я получал, когда его слушал. Уникальная комбинация, которая вместе с битами в размере 4/4 позволяла твоему телу синхронизироваться, а разуму летать в звуковых пейзажах, сыгранных неровными периодами. Эта простая структура подарила мне настолько богатый опыт, что я увлекся ею моментально. В ней было намного больше пространства для выражения и она несла в себе сильнейшее ощущение футуризма. Я увлекся сразу же и мне хотелось искать новые способы изучать ее еще глубже.
Мне нравится совершенствовать материал, который я создаю. Иногда я записываю трек и откладываю его на время, работаю над чем-то еще, а потом возвращаюсь и слушаю его уже со свежей головой.
- Полностью с тобой согласен. Но ты говорил о музыке 90-ых. Я правильно понимаю, что этот вид техно исчез? Ты пытаешься вернуть его в своем творчестве?
- Музыка всегда служила отражением некоего большого братского культурного контекста, способа выражения, своего рода ответа изменившимся условиям. Когда я вспоминаю 90-ые - сколько же всего произошло! В 1989 году упала Берлинская стена, в 1991 закончился распад СССР, что привело к рождению Евросоюза в 1993. Вся эта неопределенность, весь страх будущего ушел и в Европе родилась новая надежда. Я рад, что мне удалось ухватиться за эти вибрации. Люди с радостью делили момент, наслаждались жизнью, которая снова стала красивой, перестали думать о прошлом и начали смотреть в будущее. Вот почему случился этот бум электронной музыки. Среди всех жанров электроники именно техно стояло на краю инноваций и с тех пор оно не прекращает развиваться. Единственное, что изменилось - звук, который тогда был андерграундным, сейчас стал мейнстримом. Так что, скорее важно то, как ты подаешь музыку, чем то, чем она фактически является. Вот почему у тебя появилось ощущение, что тот тип техно исчез. Он все еще здесь, просто сейчас существует намного больше других вещей. Люди тратят много часов, пытаясь выработать новые звуки, но сегодня они больше сфокусированы на подаче. Но вот что я хочу делать - продолжать работать над звуком, ведь именно это привело меня к техно в первую очередь. Мир может либо принять это, либо нет. Но это кажется мне намного более реальным.
- Мне кажется, что техно все еще существует благодаря тому, что растут остальные жанры электроники. Они в некотором роде взаимодействуют. А были ли какие-то артисты или песни, которые послужили тебе вдохновением и убедили начать музыкальную карьеру?
- Не могу ответить, был ли какой-то конкретный артист или песня, все происходило довольно случайно. Во многом на меня повлиял мой учитель гитары. Вот он-то и посоветовал мне продолжать работать над композицией, он как-то смог распознать во мне эту способность. Еще я увлекался компьютерным программированием и время от времени писал музыку для демо и игрушек. И, наконец, после того, как клубная музыка ворвалась в Хорватию, многие из моих друзей-диджеев советовали мне начать, говорили, что я должен попробовать что-то сделать с моими навыками. Я рад, что их послушал.
Давай драться с тобой, микшерный пульт!
- Ты говорил о Берлине, как о поворотном моменте твоей карьеры. Что значит для тебя этот город?
- Это место, где я увидел, каким может быть мир и где познакомился с настоящими друзьями, которые помогли мне стать тем, кем я есть. Каждый раз, когда я возвращаюсь туда, я заново переживаю идеалистическую фантазию о мирном, братском для всех народов обществе. Я никогда не забываю этих моментов и вот почему всегда люблю возвращаться в этот город и как можно дольше оставаться в нем - чтобы поддерживать в себе этот наивный взгляд на мир.
- Твой родной дом в Загребе. Можешь рассказать, как обстоят дела с хорватской электронной сценой?
- У нас было то еще путешествие за прошедшие годы. Началось все с фестивалей, потом сцена переместилась в большие клубы, а сейчас мы перешли к фазе, где существует множество маленьких клубов, предлагающих самое разное звучание. В прошлом были свои подъемы и падения, но сейчас сцена стабильно растет. Медленно, но уверенно, набираясь опыта и наращивая качество организации вечеринок и выступлений. Благодаря помощи из-за границы большие фестивали снова вернулись, так что сейчас обстановка мало чем отличается от того, что происходит во всей остальной Европе.
- А можешь рассказать о восходящих хорватских артистах, к которым стоит присмотреться?
- Это Ilija Rudman, Homeboy, Zero, Pytzek, Sergej Snooze - всего несколько имен, которые сразу приходят на ум. Нашей сцене уже 20 лет, но только с недавних пор Хорватия проявилась на мировой карте, ведь мы наконец-то вступили в Евросоюз.
Все больше людей видят в клабинге часть культуры. Еще пару лет назад у нас была лишь горсть энтузиастов, которые создавали какую-то безумную музыку и каждый ждал перехода в следующий этап. Идеи ночной жизни и электронной танцевальной музыки казались жителям Хорватии слишком абстрактными. Сейчас же времена изменились, наша связь с миром наладилась и все больше людей понимают, что это нечто большее, чем просто занятие на выходные. Я говорю не об опытных клаберах, но о признании, которое исходит от населения в целом. А это важно, ведь теперь намного проще открыть свой клуб или устроить вечеринку. Начинающим диджеям и музыкантам, которые хотят посвятить свою карьеру электронике, сейчас тоже легче.
- А на что стоит обратить внимание человеку, которые впервые посетил Хорватию? Может быть, посоветуешь какие-нибудь национальные напитки или еду?
- Если приедете, обязательно попробуйте адриатического кальмара. Он мягкий и вкусный, к тому же он намного больше своих средиземноморских родичей. А еще у нас много хорошего тунца. Местные вина тоже замечательные. И черные, и белые, их ни за что нельзя пропустить. А еще попробуйте вкус козьего сыра с острова Паг.
Источники:
Ibiza-voice.com / Dimensionsfestival.com / High-five-magazine.com / Thedjlist.com
16:33
Brio
Концерт Филда времен From Here We Go To Sublime
Концерт Филда времен Yesterday And Today
Концерт Филда времен Cupid's Head
Наш ответ Трону
Девушка с татуировкой акулы
С детства Малкольм мечтал попасть в телевизор
Солнце на Мальте очень низко, практически у тебя за спиной
Малкольм уснул от этого интервью
Steinberg Cubase
Spectrasonics Omnisphere
Ableton Live
Universal Audio Cambridge EQ
Universal Audio Roland RE-201
Винсент прячется и что-то жует
Вот кто в ответе за большинство аварий в студии
Эх, а про нас забыли написать...
Сама сосредоточенность
