Aes Dana: не люблю чилл-аут

Мальчишки и девчонки, оказывается, великий и ужасный Aes Dana - такой же человек, как мы с вами. Не смотря на то, что его музыку можно назвать любым словом, кроме веселой, в реальной жизни он тоже не прочь пошутить и поприкалываться. Что он, собственно и делает в разговоре с журналистами сразу двух изданий - Ggrunt.com и Swqw.fr

- Кто такой Aes Dana?
- Aes Dana - это Винсент Вильюи, 39-летний мужчина, который живет на отремонтированном чердаке в Лионе вместе с двумя котами и двумя девушками. Композитор и звуковой дизайнер, начиная с 1989 года.

- Сколько альбомов ты уже выпустил?
- 6 альбомов, 2 сингла и около 60 треков для различных компиляций. А сейчас я работаю над коллекцией дроновых и электронных аудиосэмплов для английской издательской компании, звуковым дизайном для архитектурного 3D-мэппинга и новым альбомом.

- Твой Ultimae - один из крупнейших чилл-аут лейблов в мире. Каково оно, достичь такого статуса?
- Что, правда, крупнейший? А на что это влияет? Мы основали Ultimae в конце 99-ого года и с тех пор не покладая рук работаем с невероятными музыкантами и диджеями над музыкой, которую любим. И даже не думаем останавливаться. Нет у нас такой цели - попасть в какой-то топ, это всё иллюзия. Всегда есть что-то новое, чего мы еще не пробовали и мы любим повторять, что однажды станем настоящим лейблом!
Нужно помнить, что мы велики ровно настолько, насколько велика поддержка наших фанов. Исчезнут они - и мы тоже исчезнем.

- В каталог лейбла Ultimae входят работы от самых именитых псай-чилл-аут авторов, вроде Solar Fields, Carbon Based Lifeforms, Cell и многих-многих других. Расскажи, как ты находишь новые таланты и как взращиваешь их?
- Мы с Чарльзом (Asura) вместе ходили в университет и как раз в то время начали втроем писать музыку (с нами был еще один друг - Кристофер). Solar Fields нашелся через MP3.com в 2000 году, его трек вошел в нашу первую компиляцию, а позже он выпустил на Ультиме альбом и мы стали хорошими друзьями. Как-то Магнус принес домой компакт с парой треков Carbon Based Lifeforms и мы начали  работать с ними тоже. Cell попал на одну из наших домашних вечеринок, когда вместе с Huby Sea проходил стажировку на Vox Populi. Нам понравился этот парень и его музыка.
Иногда мы слышим демо-запись в правильное для этого время (как произошло с Circular), иногда случаются неожиданные встречи (I Awake). Нет единого правила “как открыть артиста”.

Винсент прячется и что-то жует

- Насколько Ultimae самостоятельная структура с точки зрения финансового здоровья? Ты способен жить только за счет музыки? И если бы пришлось сменить карьеру, кем бы ты стал?
- Да, наш лейбл - независимая, самостоятельная и здоровая структура. Вот уже 10 лет я живу только за счет музыки, не важно, собственное это творчество, концерты, мастеринг или звуковой дизайн. Иногда я начинаю думать о плане Б, но не могу определить, каким было бы это будущее. Вернуться к своим первым попыткам в искусстве - стать художником, писателем… или просто наставником. Так что я сыграю в Евромиллионы!

- Серия The Fahrenheit Project застопорилась после седьмой части. Почему? Не собираешься когда-нибудь возобновить ее?
- Я с самого начала представлял Fahrenheit Project, как серию из семи частей. Просто потому, что я люблю это число. Ну и, вот честно, вы можете представить себе Fahrenheit Project № 44? Это просто отстой какой-то.

Мне нравится эмбиент - широчайших из всех существующих жанров, глобализирующий все остальные. Он означает полную свободу.

- В этом году не будет Nuit Hypnotique. Ты все еще сотрудничаешь с Les Dominicains de haute-Alsace? Можем ли мы ожидать концерты ультимовцев во Франции в ближайшем будущем?
- Я был резидентом в Les Dominicains de Haute-Alsace в течение двух лет, а потом передал факел Холу Бауманну. Говоря это, я прямо сейчас работаю над проектом, который они попросили сделать для уличных перфомансов.
На данный момент проекта Nuit Hypnotique  у нас нет.
Ступица и Доминиканский монастырь в Гебвиллере стали слишком тесными, чтобы вместить всю публику, поэтому в прошлом году мы переехали в La Filature, что в Мюлузе. Хотя и это место не рассчитано на представления такого рода. Не смотря на то, что выступления были успешными, организаторы проявляют странную робость, когда ты говоришь с ними о даунтемпо, вот почему сейчас мы не можем найти партнеров, которые нам нужны. Так что, нет, концертов Ultimae в ближайшем будущем во Франции не предвидится.

Вот кто в ответе за большинство аварий в студии

- Продвигать чилл-аут музыку в мир - занятие легкое или тяжелое?
- Хммм, чилл-что?...
Ой, ладно, мы не делаем чилл-аут. Ну или не считаем, что этот термин адекватно описывает наши жанры. Мы всегда относили себя к эмбиенту и даунтемпо, всегда их писали и всегда будем. Еще добавь к ним кинематографичность, IDM, атмосферную электронику, дип прогрессив…
И мы не проталкивали в мир никаких жанров - они уже были, когда мы начали. Если кого мы и проталкивали - только артистов, в которых верили. Или отличные записи. Это требует больших усилий и терпения.

- И все же, почему не чилл-аут?
-  Вот честно, не нравится мне это слово. От него отдает чем-то балеарским, таким лаунжем... Мрак для ушей. Я предпочитаю термины “эмбиент” и “гипнотическая электроника”. Мне нравится этот жанр - широчайших из всех существующих, глобализирующий все остальные. Он означает полную свободу.

Откройте свои уши и следуйте инстинктам, вокруг много хорошей музыки и прекрасных артистов, которые только и ждут, чтобы вы о них узнали.

- Random Friday от Solar Fields и твой недавний альбом Pollen слегка ушли в сторону от даунтемповых полей, развернувшись к танцпольному звучанию и тому, что ты делаешь, когда играешь вживую. Затронет ли это движение следующие ваши релизы?
- Яснее ясного, что Random Friday ориентирован на танцполы. Что касается моего альбома Pollen, или предыдущих - в них всегда прослеживалась эволюция от атмосферности до быстрого темпа (или все же среднего?) Лайвы создаются под место и время выступления, а значит,  порой нам приходится слегка подгонять треки, если мы играем на фестивале посреди ночи. В концертном зале, где люди заранее настроены на звуковое путешествие, гораздо легче предложить им атмосферное звучание.
Грядущие альбомы и компиляции полны даунтемпового эмбиентного IDM, но всегда найдется место небольшому вхождению в транс.

- А почему ты вообще решил основать Ultimae Records?
- Сколько себя помню, хотел иметь компанию, связанную с музыкой или книгоиздательством. После долгих лет работы в культурной сети и артистическом менеджменте мы вместе с Сандрин решили начать свою собственную маленькую историю. Это было непросто, ведь наши семьи не были богатыми, а денежный оборот - сложная штука. Но после трех лет одиссеи по пустыне мы наконец-то начали консолидировать компанию.

Эх, а про нас забыли написать...

БЛИЦ ОПРОС

- Дабстеп или транс?
- Транс для ощущения и настроения, дабстеп - для дизайна ударных.
- Метал или панк?
- Дум-метал и трэш индастриал, конечно же.
- Сыр или вино?
- Оба и сразу - настоящая сказка.
- Logic или Vegas?
- Vegas, благодаря стабильности и рабочей среде. Logic - отличное программное оборудование, но он только для маководов, а я до сих пор на ПК.
- Миди или сэмплинг?
- Микросэмплинг и немножко миди для линкинга и автоматизаций.
- Компрессоры или ревербераторы?
- Оба.
- Сайдчейн или никаких чейнов?
- Никаких, разве только иногда, чтобы позволить ударным дышать. LFO по мне достаточно.

- На что похож типичный день в офисе Ultimae?
- Я не работаю в офисе.

- Хорошо, на что похож типичный день из жизни Aes Dana?
- Каждый день разный. Начинается всё обычно с кофе и имейлов. Потом я могу заниматься мастерингом, организовывать концерты, работать над артворками, отвечать на вопросы для интервью… Иногда вообще ничего не делаю.

- А если не занимаешься музыкой?
- Если это околомузыкальные вещи - выполняю мастеринг, пишу технические статьи о компьютерной музыке. А вообще, я люблю готовить, наслаждаюсь чтением, играю в разные игры, рисую, изучаю что-нибудь…

- Ты занимался мастерингом альбома Liquid Strangers. Им понравился результат?
- Это был альбом Cryogenic Encounters, который вышел на лейбле Interchill. Фидбек был отличным, мастеринг пришелся по душе и лейблу, и музыкантам, и фанам… Ребята на Interchill почувствовали, что мой подход - именно то, что нужно для их матерала, так что работать над мастерингом в этот раз для меня было реальным удовольствием.

- Назови любимое место, которое ты посещаешь во время туров?
- Их много. Я люблю путешествовать. Меня реально поразил Санкт-Петербург. Будапешт, Сан-Франциско, Болонья и Нью-Дели - тоже яркие вспышки на моем пути.

- Расскажи о своем любимом выступлении.
- Не могу ничего вспомнить.

- Каким софтом пользуешься?
- Sonar X1, Vegas, Sound Forge и Ableton Live.

- А какая аппаратура в твоей студии?
- Большая консоль V-Studio VS-700C, с ее помощью я контролирую всё.

Сама сосредоточенность

- Звук и стиль лейбла Ultimae четко очерчены. Что можешь сказать об этом?
- Каждый лейбл должен иметь четко очерченные звук и стиль. К счастью, в реальности так оно и есть. Мы выпускаем глубокую, широкую, эмоциональную, меланхоличную и драйвовую музыку. В основном, как раз то, что нам нравится.

- Расскажи о планах Ultimae на будущее?
- 1 – выжить.
2 – выпустить Oxycanta III.
3 – выжить.
4 – выпустить альбом Asura - Radio Universe.
5 – любой вариант, который первым придет в голову.
Я только что закончил работу над переизданием Aftermath - его цифровой ремастеренной версии и альбомом Elsewhere греческого музыканта Miktek, который выйдет в конце мая. Мы готовим компиляции от  Mahiane и Nova, синглы от Circular и I Awake, альбомы Asura и Scann-Tec. А сам я мелкими шажками продвигаюсь в работе над совместным альбомом с  Cygna, который, пожалуй, выйдет в следующем году. Плюс, у меня также есть некоторые наброски треков для проекта релизов на виниле.

- Чьи записи из недавних затронули тебя за живое?
- Мне нравятся работы Jason Corder ака Offthesky, особенно его последний альбом, который вышел на Hibernate. А еще - Lars Leonard & Alvina Red и Fingers in the Noise с лейбла Binemusic.

 - Что мы могли бы пожелать тебе на ближайшее будущее и есть ли у тебя какие-то слова для наших читателей?
- Пожелайте мне хорошего здоровья и массу креативности!!!
Небольшое послание читателям: откройте свои уши и следуйте инстинктам, вокруг много хорошей музыки и прекрасных артистов, которые только и ждут, чтобы вы о них узнали.
СПАСИБО ВАМ!!!  Обнимашки-целовашки.

Читать дальше »

Что в плеере у Ricardo Tobar

Следующим, кто расскажет нам о своих меломанских привычках, станет чилийско-британско-французский диджей и музыкант Рикардо Тобар. Под какие десять треков проходит его типичный день? Сейчас узнаете.

1. Fennesz - Before I Leave

Эта работа Fennesz - одна из песен, которые полностью меня изменили. Помню, как много лет назад я чатился с другом в MSN и он скинул мне этот трек. Я нажал play и подумал, что у моего компьютера какие-то проблемы. Кроме шуток. Я даже написал ему: “наверное, с компом что-то не то, я не могу нормально послушать твой трек”. А потом до меня дошло, что так и должно быть. Это перевернуло мое сознание.

2. Run DMT - Dreaming

Эта песня долгое время оставалась на рипите в моем Винампе. Реально простая мелодия, но какой приятный эффект она на меня оказывает! Конечно, звучит она, прям как Panda Bear, ну и что? Все равно, как если бы рядом с тобой была девушка, вот как она на меня действует.

3. The Zombies - Leave Me Be

Я очень сентиментальный парень, хоть и не романтик. Мне все время приходится терпеть шуточки со стороны моих друзей. Да, я люблю сентиментальную музыку, но не какой-нибудь там эмо-стафф. Песни, которые основаны на реальных ощущениях. Мне кажется, эта песня Zombies как раз подходит под такое определение, я всегда ее слушаю.

4. Joy Division - She's Lost Control

Возможно, выбрать именно эту песню Joy Division - слегка банально, но с тем же успехом я мог бы назвать любую другую, правда. Они все время на рипите в моем плеере. Не смотря на то, что темные, их песни полны жизни и вдохновения. Еще мне нравится, как перекликаются гитара и бас, это реально просто, но от того не менее мощно.

5. Real Estate - Green Aisles

Real Estate всегда здесь, чтобы спасти день. Их мелодии - самые приятные в мире. Раньше я не много о них знал… Ну только, что они пишут лоу-фай. Представьте, каким сюпризом было услышать весь альбом.

6. Bookworms - African Rhythms

За последнее время я неслабо увлекся африканской музыкой, хотя я всегда ее любил. А этот трек Bookworms представляет африканское техно лучшим из возможных способов. Песня на самом деле старая и в творчестве этого парня ощущается стремление к лоу-фай, прямо как у Actress, но мне кажется, Bookworms стоит в стороне, так что он, пожалуй, не слишком часто выпускается. Но до чего же приятная музыка! Хотел бы я, чтобы у него было побольше песен!

7. Violeta Parra - Maldigo Del Alto Cielo

Я думаю, Violetta Parra помогает мне жить вдали от Чили. Там она - настоящий кумир. Берется за любой вид искусства и в каждом достигает совершенства. Эта песня - одна из моих личных любимиц, так как слова здесь - истинная поэзия, а звучание - мощное и необработанное. Не нужно знать испанский, чтобы прочувствовать это.

8. Zé Da Lua - Ulungu Wami

Мне всегда казалось странным то, как африканской музыке удается быть настолько полной счастья и наслаждения, когда весь мир снова и снова опускает их. Эта песня в любой момент может подарить вам улыбку. Если не путаю, она входит в компиляцию с музыкой Анголы. Всегда в моих наушниках.

9. Slowdive - Crazy For You

Среди всех шугейз-исполнителей пальму первенства получают Slowdive. И пусть даже альбом Souvlaki - превосходен, но последняя их работа - Pygmalion - просто нереально воздушная и мечтательная. Я только недавно увлекся им. Открывающий трек, Crazy For You, отлично подходит, чтобы забыть обо всем и наслаждаться тем, что ты получаешь день за днем.

10. João Gilberto - Samba De Uma Nota Só

Мне кажется, что бразильская музыка напоминает мне о моей семье. Я не могу объяснить в несколько строк, но эти музыка и культура всегда были со мной. Она будит во мне мне приятное ощущение детства, вызывает хорошие воспоминания. Смотреть на пляж с солнцем, опускающимся за горизонт.

Источник: Warmer-climes.blogspot.ro

Читать дальше »

Clara Moto уйдет в синюю даль

Tracklist

1. How We Live In Each Other
2. My Double Edged Sword
3. Hedonic Treadmill
4. I Saw Your Love
5. In My Dream
6. Things We Almost Did
7. For All Reasons So Sad
8. Placid Kindness
9. Holy
10. Lyra (feat. Mimu)

Всё началось в маленьком доме в Граце, доверху заполненном инструментами. Девочке Кларе не нужно было воровать кораллы, свое детство она провела, играя на пианино и днями напролет слушая Kruder & Dorfmeister. Продолжалось это ровно до тех пор, пока она не попала в Red Bull Academy, получила от организаторов предложения попутешествовать по миру и наткнулась в первом же аэропорту на Agoria. Сегодня Себастьян называет ее принцессой InFine и подкладывает Кларе под подушку горошины, чтобы она писала музыку даже во сне. Часть этих горошин вместе с уходящими вдаль путниками перекочевала на обложку ее  второго альбома. Не удивительно, ведь главной его темой стала далекая синяя даль.

Если верить пресс-релизам, Blue Distance вдохновлен не только частыми переездами и путешествиями, которые светят каждому диджею уровня Клары, но также и той далью, что разделяет музыканта и его слушателей в купе с постоянным стремлением преодолеть этот разрыв, а своим названием он обязан стиху Сильвии Плат, который Клара сократила до двух слов.

Дата, когда Себастьян вместе с Кларой начнут развозить диски с Blue Distance по музыкальным магазинам – 4 ноября. Треки, которые не поместились в альбоме, выйдут в формате сингла, под названием Joy Departed. Каждому, кто угадает, в каких из них поет Mimu, а в каких сама Клара, обе певицы подарят по мотоциклу.

Читать дальше »

Factory Floor: меньше - это больше

Заброшенный склад. Гитаристка Ник Войд, клавишник Доминик Батлер и ударник Гэбриел Гюрнси отдыхают после напряженных месяцев работы над дебютным альбомом. Впереди куча лайвов, но пока можно выделить несколько часов и рассказать о себе журналистам. Чем они, собственно и занимаются.

- Расскажите немного о том складе, на котором вы сейчас находитесь. 
Гейб: Это заброшенная швейная фабрика в Северном Лондоне. Что о ней сказать? Просто большое пространство с кучами…
Ник: Хлама!
Гейб: Да, хлама. Это творческое место, мы можем разложить здесь оборудование, возиться с ним, делать всё, что в голову взбредет.
Ник: Это наше общее пространство, здесь мы настраиваем инструменты перед лайвами. Еще есть отдельная инженерная комната, куда мы ходим, чтобы чуть больше развить наши лайв-треки. Я много чего делаю с обработкой вокала впоследствии. Мы ощутили, что было важно дать нашим песням тот же фундамент, что и у исполненных вживую, так что обычно мы целый день играем, а потом берем то, что записали и решаем, продолжать ли работать с ним дальше или выбросить.

- Ты сказала “общее пространство”. Имелось в виду - общее для вас троих, или вы приглашаете сюда и других музыкантов?
Ник: Мы приглашаем других людей, только если собираемся записать что-то с ними вместе. Оно также оказалось очень подходящим для резиденции ICA, так что когда Питер Гордон (который выступал вместе с группой в ICA) к нам прилетел, мы работали здесь пару дней. Потом он еще приходил по отдельному поводу - нужно было что-то сделать для Café Oto, так что мы сказали: “приходи, и друзей приводи”. Это место открыто для наших друзей, здесь реально подходящая для творчества атмосфера и нам нравится поддерживать ее такой.

- Есть ли какая-то философия, лежащая в основе Factory Floor? 
Ник: В основном, вся фишка в том, чтобы мыслить открыто и делать всё в свой собственный способ. Если что-то дается нам слишком легко, мы его отбрасываем. Мы привыкли нарочно усложнять для себя задачи.

Белая и пушистая группа Factory Floor

- Возвращаясь к ранним дням группы, в какой момент вы по-настоящему ощутили, что достигли вашей текущей инкарнации?
Гейб: Мы ощутили, что Factory Floor реально начались, когда Войд к нам присоединилась.
Доминик: Да, я думаю, раньше это была другая группа.
Гейб: Просто у нее было то же имя. Мы писали другую музыку и у нас была другая рабочая этика.
Доминик: Мы были в состоянии перехода и когда Ник присоединилась к нам, она прочертила границу между тем, что было раньше и тем, что последовало потом.

- А после того, как Ник вошла в группу, сколько времени вам понадобилось, чтобы попасть в теперешний ритм? 
Гейб: Я думаю, у нас всё переключилось, когда мы писали A Wooden Box. Это первая песня, которую мы играли вместе. A Wooden Box и Lying были точками, в которых мы учились работать вместе, получая первый адреналин и первые нервы от игры вживую. С этими двумя песнями мы наметили свой курс и очень быстро их выпустили. На R E A L L O V E ушло чуть больше времени. А Two Different Ways стала для нас поворотным моментом в множестве смыслов - в звуке, в способе записи...

- Я думаю, она также стала тем моментом, после которого люди поняли, откуда вы на самом деле происходите. 
Ник: Да, определенно. До нее мы записывались в студии вместе со звуковыми инженерами, а начиная с Two Different Ways стали работать на собственной территории, что помогло нам сплотиться. У нас было время, чтобы сфокусироваться на собственных задачах. Я помню, что когда занималась вокалом, хотела уйти от того, чтобы топить его в реверберации и звучать темно, мне хотелось поиграть с питчингом бэк-вокалов вниз, с минимализацией того, что я делала, а потом к делу подключились Гейб и Доминик.

Суть Factory Floor в том, что это производственная линия, где нет одного главного мастера, который говорит тебе, как что делать, но есть трое нас - три человека, которые создают свой продукт, а наша музыка крутится и крутится, пока не доходит до завершения.

- Какую музыку вы слушали, когда росли и с какого момента поняли, что нестандартная музыка вам больше по вкусу?
Ник: Если отвечать честно, я росла под музыку из чартов. У папы был пишущий кассетник с микрофоном, вмонтированый в приборную панель его машины, так что мы ездили кругами и записывали радио-чарты. Довольно безумно, если оглянуться на те времена. Сколько раз мы могли попасть в аварию! Папа любил слушать Майкла Джексона, а мама - Рэнди Кроуфорда, мне же нравились 808 State. Думаю, все начало меняться, когда я впервые услышала Sonic Youth.

- А что слушал юный Гейб?
Гейб: Я - большой фан Майкла Джексона. Я даже недавно записал микс для 6 music (BBC) и включил туда один из его треков. В его музыке часто использовались драм-машины Linn, которыми я безумно увлекался, но не мог себе позволить. Боже, это действительно звучит скучно и по-гиковски.
Так вот, мой брат купил на Рождество альбом Bad, когда мы были еще детьми. А еще я часто слушал папины записи и барабанил под них, когда пытался научиться.

- Сейчас в музыке у вас остались “запретные удовольствия”?
Ник: Да! Я очень люблю альбом Avalon Roxy Music. Наверное, всё дело в белом смокинге.

Они очень стесняются журналистов и фотографов

- Как вам самим кажется, ваш альбом долго готовился?
Гейб: Думаю, если вспомнить времена, когда мы писали материал вроде Lying и A Wooden Box, мы бы… он не ощущается правильным для тех времен, но я думаю, что мы еще учились, хотели исследовать свои возможности.

- А что же растянуло процесс записи на такой долгий срок?
Гейб: Мы проводили кучу лайв-шоу во время его записи, но эффективно использовали их в качестве репетиций. Главной целью было научиться записывать свою музыку самостоятельно, самим спродюсировать собственный альбом. Это было одной большой кривой на графике нашего обучения. Так что два года мы находились в постоянном движении туда-сюда - от концерта к студии и наоборот, повторяя это по несколько дней за подход. Мы не из тех, кто пристегивается на пару месяцев в студии.

- А были времена, когда вы задавались вопросом - “а нужен ли вообще нам альбом”? 
Гейб: Да, были времена, когда мы думали “зачем делать его стандартным способом”. Выстраивая альбом, мы подходили к нему больше с позиции винила - не в смысле звучания, но в том, что касалось порядка прослушивания и тайминга. Ну, знаешь, как бывает, когда ты меняешь сторону пластинки? Ты фактически получаешь совершенно иной опыт в противоположность цельному потоку альбома.

Нам было важно дать песням тот же фундамент, что и у исполненных вживую, так что обычно мы целый день играем, а потом берем то, что записали и решаем, продолжать ли работать с ним дальше или выбросить.

- А по какой причине вы назвали альбом именем группы?
Гейб: У нас бы ушло еще два года на то, чтобы придумать название, которое бы всех устраивало. По правде, это было, словно мы начали с чистого холста. Всё, что мы хотели донести своим названием, что альбом - это начало Factory Floor и до него ничего, не считая синглов, не существовало.
А вообще суть Factory Floor в том, что это производственная линия, где нет одного главного мастера, который говорит тебе, как что делать, но есть трое нас - три человека, которые создают свой продукт, а наша музыка крутится и крутится, пока не доходит до завершения. В моем понимании, мы - это три первичных элемента музыки - ритм, основа и шум, который Ник создает со своей гитарой и с помощью сэмплирования.

- Не хочу слишком глубоко забираться в дебри производственного процесса, но сколько времени уходит на то, чтобы записать трек без перерывов? И вообще, как это происходит? Этот процесс  легкий и живой или он состоит из постоянных пересмотров и доработки?
Доминик: Некоторые треки записались моментально, на другие ушло больше времени.
Гейб: С разными треками по разному, но тот, который реально был записан впритык - это Fall Back. Мы записали его вживую. Есть, конечно и другие способы - наложения и прочее. Work Out мы сделали похожим образом. И Here Again - его тоже за один раз.  Turn It Up тоже. Конечно, основы этих треков были заложены, когда мы втроем играли их вживую, но было также и много треков, которые мы разрушили чрезмерной обработкой.
Ник: По моему, это вообще сложный вопрос. Всё равно, что спросить “как долго писали струнную партию”.
Гейб: Этот процесс растянут во времени, но мы любит записываться подолгу, чтобы уловить в живой игре тот момент, где все оказывается заперто внутри. Тебе не удастся добиться этого моментально, просто сказав “давайте, погнали”.
Доминик: Ты сам понимаешь, когда этот момент наступает. У каждого из нас что-то вроде группового понимания, когда мы ощущаем “вот, всё должно быть прямо, как сейчас”. Иногда ты преодолеваешь эту точку и тогда приходиться отметать результат.

Ох ты ж йожик, что же мы ответили?

Какая музыка вдохновляла вас в процессе записи?
Гейб: Мы вообще мало что слушали, пока писали. Не хотели, чтобы эта музыка просочилась внутрь. Хотя я часто включал Daniel Avery и был момент в прошлом году, когда я, слушая его 'Need Electric' и 'Water Jumper', подумал “ай, блин, до чего же здорово”. Так что я взял себе эту его простоту и умение заставить людей танцевать.

Вообще, вся ваша музыка очень упрощенная и примитивная, поэтому я хотел бы спросить, насколько вы опытны технически? Был ли момент разучивания того, что вы знали, чтобы работать так?
Гейб: Никто из нас не учился или не брал уроков, так что технически - нет, мы не имеем в этом никакого понятия.
Ник: Мы, наверное, сформировались определенным образом благодаря музыке, с которой росли, благодаря тому, что играли наши сверстники и группам, в которых мы играли до Factory Floor, так что, возможно, разучивание всех этих вещей имело место быть.

- Я знаю истории о многих людях, которые пишут просто невероятную музыку, не имея технических или музыкальных знаний. К тому же, есть люди, которые пытаются забыть всё, что знают, чтобы достичь определенной точки в творчестве и я не знаю, что из этого больше подходит вам. 
Гейб: Определенно первое. Мы делаем всё инстинктивно. Каждый из нас троих очень хорош в том, чтобы делать всё сам. Мы намного больше любим прикладывать руки к разным вещам, возиться с ними и изобретать звуки, чем работать над ними по чьей-то методике.

Альбом - это начало Factory Floor. До него ничего, не считая синглов, не существовало.

- Бывали моменты, когда вам приходилось удалять элементы, которые вы добавляли к трекам? К примеру, добавили что-то, а потом думали “нет, нужно урезать до того, что было раньше”. 
Ник: (смеется) Гейб?...
Гейб: Да, со мной так было несколько раз.
Доминик: Думаю, с каждым было. В определенные моменты мы отматывали назад то, что только что закончили, возвращались назад на пару шагов и говорили “не стоило делать всё так буквально, хватило бы и намека”.
Ник: Я думаю, мы дошли до такого состояния, когда начали излишне друг другу доверять, потому как были моменты, где мы не могли точно сказать, а не вложили ли мы в них слишком много от себя? Гейб или Доминик обычно говорили мне, если я переборщила с гитарой и должна немножко убавить. Меньше - это больше. И наоборот. Такой контроль качества наших самодельных треков.

Как только не называли вашу музыку в ваши ранние дни - пост-панк, индастриал… Многие из авторов этих характеристик сегодня чувствуют себя обманутыми. А как вы сами можете описать музыку, которую делаете? 
Доминик: Любознательная музыка. (смеется). Но я правда так думаю. Мы такие - любознательные и творческие.
Гейб: Фанк. Диско-фанк, чувак. Здесь всего понемногу, а пост-панк и индастриал - это просто…
Ник: Это слегка скучно.
Гейб: Скучно, когда люди так о нас говорят. Да ладно вам? Я не хочу сказать, что мы против ярлыков, просто следующая наша запись может звучать совсем иначе.

Factory Floor до сих пор не могут отойти от своего ответа

- Вы волнуетесь перед концертами? И вообще, больше волнуетесь до, во время или после своих шоу?
Ник: Вообще я всегда волновалась, но сейчас мое мироощущение изменилось. Я по-настоящему поверила в свой интуитивный подход к игре. Cosey Fanni Tutti как-то мне сказала: “в худшем случае ты просто выставишь себя дурой”. Это небольшая плата за продвижение вперед.

- А мне кажется, что в разных ситуациях вы - разная группа. Впервые я увидел вас в 2010 году на ATP и я помню, что подумал… Вам придется сейчас меня выслушать - мне это совсем не понравилось.
Гейб: Всё в порядке.

- Но во второй раз это было на вечеринке в Durrr, в атмосфере ночного клуба и там всё было просто супер. Думаю, это была лучшая вечеринка на которую я попал. 
Гейб: Может, у тебя просто шарики за ролики заехали от колес?

- Да не заехали у меня шарики за ролики, нет, я по-настоящему хорошо провел время. 
Гейб: Погодь, а что это вообще за ATP такой был?

- Когда вы выступали вместе с Liquid Liquid.
Гейб: А, да, это было просто ужасно! Реально отстойнейшее шоу, здесь я с тобой согласен. Я могу тебя понять, если после него ты думал, что мы ничего не стоим. Всему виной лихорадочная настройка техники. Был полный кошмар.

- Я думаю, тогда вы выступали перед толпой бородачей, которые тупо стояли и смотрели, а сейчас все расценивают вас, как танцевальную группу. 
Гейб: Да нет же, всё дело в технике. Мы потратили кучу времени на то, чтобы выстроить наш набор, провели массу тонких изменений. Но это скучные технические вещи.

Представь, а что, если бы мы писали альбом в окружении слушателей? Ты получаешь адреналин, ощущаешь эту пульсацию нервов - вот чего нам не хватало.

- И ваш прогресс по-настоящему заметен - вы начинали, как нойз-группа, но потом научились раскачивать танцпол. Что вы вообще ощущаете, когда видите, как слушатели в клубе впадают в состояние эйфории?
Гейб: Это здорово. Правда, это просто самый лучший кайф, его ничем не перекрыть. Когда звук на сцене настолько громкий, что практически окружает нас, мы точно знаем, когда он защелкнется в замок, а когда слушатели встречаются с нами в этой точке и начинают сходить с ума - лучшего ощущения и не придумаешь. Я знаю, это невозможно, но представь, а что, если бы мы писали альбом в окружении слушателей? Ты получаешь адреналин, ощущаешь эту пульсацию нервов - вот чего нам не хватало. Подожди, хорошо, я имею в виду, что не хватало именно здесь - что для нас большой стыд. Может быть, сделаем так в следующий раз?

- Вы говорили, что потратили кучу времени на работу с оборудованием, но разве ваш альбом не микшировал человек со стороны, с которым вы никогда не встречались?
Гейб: Да, мы полностью доверились парню (Timothy "Q" Wiles), с которым никогда раньше не виделись. Он живет в Лос-Анджелесе, не знает нашего звука и ни разу не видел нас вживую, но он полностью уловил эту идею. Во множестве смыслов даже хорошо, что он не знал этого раньше. Ты ощущаешь, что можешь отпустить свою музыку легче, а когда получаешь ее назад от этого человека, то больше не ощущаешь ее своей собственной. Слушать ее - больше как опыт, поскольку она воспринимается чем-то чужим.

- Особенно учитывая, какими самостоятельными вы были всё это время. 
Гейб: Определенно. Я думаю, был момент, где мы должны были отступить. Момент, где ты теряешь ясность взгляда.

А еще у ребят раздвоение личности

- А почему вы не используете аккорды?
Ник: Я не играю на гитаре традиционным способом. Использовать аккорды было бы неправильным для меня.
Доминик: Так же и для меня. Я играю более ритмичные вещи, а Войд играет на гитаре по-своему.

- Ник, расскажи мне побольше о твоих взаимоотношениях со смычком. Ты раньше играла на каком-то струнном инструменте? На скрипке, например?
Ник: Это даже немного забавно, ведь смычок у меня появился раньше, чем скрипка. Моя мама предположила, что раз я играла со смычком - значит, я хотела играть на скрипке, так что она купила мне одну на аукционе. С тех пор я разбирала ее, экспериментировала с мостиком на моей гитаре, но все равно, предпочитаю играть барабанной палочкой. Она - основа для смычка. Все зависит от длины и на один конец я добавляю больше канифоли, чем на другой, чтобы обеспечить больше контроля. Игривый звук и более физический.

- А вы вообще договаривались об этом коллективно? Или просто пришли к этому? 
Гейб: Для нас естественно, чтобы каждый мог изучать что-то интересное. Если мы пересмотрим эти основы, все станет скучным.
Доминик: К тому же, всё это более абстрактно, вот почему мы это и предпочитаем.

- Вам не кажется, что именно поэтому многие считают, что ваша музыка звучит одинаково?
Гейб: С точки зрения повторяемости?

- Да.
Гейб: Хорошо. В музыке нет правил. Если люди думают, что она создается только аккордами, тогда их взгляды на жизнь - тупые. Они может создаваться в любой форме, любым способом, которым только заблагорассудится. Многие люди все еще такие недалекие, а ведь на дворе уже 2013 год. Мы встречали массу комментариев в духе “ой, как монотонно” и вещей вроде того.
Доминик: Когда ты слышишь, как играет ритм самбы, ты ведь не подойдешь к парню, чтобы спросить “эй, куда ты дел аккорды?”
Гейб: Мы изучаем элементы примитивной музыки, мы не пытаемся изучить “как стать популярным инди-бэндом”. Это просто тупо. Это не в нашей природе.

- Да я и не против, некоторые из моих любимых песен построены на одной ноте. 
Гейб: Иногда меньше - это больше, разве нет?

Источники: Dummymag.com / Thefourohfive.com / Theransomnote.co.uk

Читать дальше »

Field подружится с Купидоном

TRACKLIST

1. They Won't See Me
2. Black Sea
3. Cupid's Head
4. A Guided Tour
5. No. No...
6. 20 Seconds of Affection

От работы в группе он снова вернулся к затворничеству в студии, а светлые фоны обложек он сменил на заливку текстуры мокрого асфальта, о которой когда-то пела девочка-робот Катя Чехова. Четвертый альбом Field должен рассказать нам о «видениях будущего, небольших действиях и о том, к чему они приводят, о сентиментальности и, главное – о жизни».

Поначалу Cupid's Head казался Филду неподъемной задачей. Он растерял всех своих муз и долгое время не мог заставить студийные сэмплеры звучать. «Когда я только начинал, было ощущение, что у меня вообще ничего не готово, а я не из тех людей, которые способны заставить себя писать. Но через какое-то количество попыток мне удалось добыть нужный луп. Он очень быстро перерос в No.No… и дальше всё пошло, как по маслу».

Девизом Акселя в этот раз стало «никаких компьютеров – только аппаратура».
Автор устал пользоваться Buzz-ом для сведения, но не отказался от фирменных приемов. В этот раз в музыке можно будет прочувствовать не только привычную атмосферу Field, но и связь с другими его сайд-проектами: «Возьмите, к примеру, концовку Black Sea, а потом послушайте, что я делаю под псевдонимом Black Fog. От Loops of Your Heart альбому тоже кое-что перепало». А открывающий альбом трек They Won't See Me, по словам автора своим гудящим органом напоминает эмбиентную импровизацию, которую он записал в самом начале своей карьеры, но так никому и не показывал. «У каждого трека есть что-то старое, что  вернулось в другой форме. Своего рода возрождение моей собственной музыки. Очень приятно слышать все эти элементы».

Услышать смешение всех творческих воплощений Акселя в одном флаконе вы сможете 30 сентября. Все благодарственные письма отправляйте лейблу Kopmakt.

Читать дальше »

Clara Moto: нужно думать иначе

Клара Мото никогда не опаздывает на собственные лайвы, ведь она - один из немногих диджеев-трансформеров, способных превращаться в мотоцикл. Пригодились ли эти навыки в работе над вторым ее альбомом Blue Distance и встречалась ли она хоть раз с Оптимусом Праймом - читайте в нашем интервью.

- Как жизнь?
- Всё здорово. Сейчас я в отпуске на Канарских островах. Работаю потихоньку, но в основном отдыхаю. В конце июня я закончила работу над альбомом. Потом немного выступала, ездила по Европе, а в сентябре отправлюсь в Берлин, чтобы подготовиться к релизу и спланировать лайв-шоу.

- Невероятно. А начать ты решила с сингла Joy Departed? Давненько мы от тебя ничего не слышали. 
- Я работала над альбомом два года, а может быть, даже больше. По началу я собиралась включить многие треки с Joy Departed в альбом. Было сложно решить, какие из них войдут, а какие нет, но в итоге всё разрешилось очень хорошо.

- Так что, ни одного из них не будет в Blue Distance?
- Нет. Когда я отправляла треки на мастеринг, то поняла, что их получилось очень много. Пришлось выпустить отдельный релиз. Ни один трек не повторяется.

- Ты, наверное, таким образом наверстываешь упущенное. Но я хотел бы поговорить о названиях. Они кажутся по-настоящему емкими - Joy Departed, Disposable Darling, For The Love We Lost. Для многих музыкантов подобрать имена трекам - та еще задачка, но создается впечатление, что ты просто наслаждаешься этим процессом?
- Да нет, для меня это тоже сложно. Я очень долго над ними думаю. Когда появляется хорошая идея, я сразу же ее забываю. Я люблю читать, так что многие названия - это отсылки к литературе или текстам песен. Joy Departed, например - это из Эдгара Алана По, а Disposable Darling - строка из песни Roxy Music - Every Dreamhome A Heartache. Вот откуда я беру вдохновение.

Клара любит теряться посреди пустых улиц...

- В названиях ощущается некая меланхолия. И игривость тоже. 
- Думаю, да. Моя музыка слегка меланхолична. Я пытаюсь найти баланс.

- А вот по звучанию новый материал кажется еще более экспериментальным, чем раньше. Это планировалось изначально, или само получилось?
- Все происходило естественно. Вот как я работала за последние два года - пыталась записать кучу танцевальных треков, а в итоге получила то, что получила. Blue Distance - вообще не танцевальный альбом. Хотя, здорово, что я могу себе это позволить.

- Да, о такой работе как у тебя, многие могут только мечтать. Но чтобы преуспеть, нужен талант и тяжкий труд. Если бы музыка не была частью твоей жизни, чем бы ты занималась?
- Я изучала лингвистику и литературу, так что, пожалуй, работала бы на этом поприще. В университете, например. После учебы я немного работала в сфере музыкального маркетинга. Интересный опыт, ведь я познакомилась с разными сторонами музыкального бизнеса.

Я люблю читать, так что многие названия - это отсылки к литературе или текстам песен. Joy Departed, например - это из Эдгара Алана По, а Disposable Darling - строка из песни Roxy Music - Every Dreamhome A Heartache.

- Так вот, ты уже сказала, что вдохновлялась литературой. А что насчет музыки? Много ее слушала, пока писала альбом? Или ты из тех, кто полностью отключается от всего, чтобы сохранить собственное видение нетронутым?
- Нет, я слушала много разной музыки. Классика всегда меня вдохновляет. И хип-хоп. Я даже пыталась сделать хип-хоповые биты, потому что слушала его намного дольше, чем техно. Это разные вещи, поэтому работать было еще интереснее.

- Хип-хоповый бит вообще один из самых сложных в написании. Нужно сохранить грув, имея небольшое количество элементов. Для тебя работа над ним была вызовом или удовольствием?
- Вызовом. Я много экспериментировала, игралась со звучанием, пыталась подобрать идеальный звук малого барабана в сочетание к идеальному звуку бочки. Возилась больше, чем с техно-битом. Ведь нужно думать иначе.

- Назови мне три своих ключевых хип-хоп альбома. 
- Ничего себе! Сложно вот так взять и выбрать всего три. Мне нравится последний альбом Kendrick Lamar, а еще я много слушаю классики вроде Tribe Called Quest и The Pharcyde. Они уже который год меня вдохновляют.

...и танцевать со своим двойником...

- А кто из нашей обширнейшей современной электронной сцены тебя вдохновляет? 
- Мне очень понравился новый альбом Джеймса Холдена, невероятно музыкальная и мудрая запись. Еще я наслаждаюсь голосом  Lianne La Havas и очень жду новых работ от Angel Haze.

- Твоя музыка (как и хаус, и техно в целом) - это некая форма выражения эмоций, чувств и образов или скорее простой и чистый эстетический поиск? Как думаешь, техно-музыка должно только “хорошо звучать” или также нести в себе что-то? 
- За что я люблю творчество - оно помогает мне регулировать эмоции. Я перевожу ощущения напрямую в музыку, тем самым высвобождая их. Также это позволяет мне удерживать момент, сделать что другими способами для меня слишком сложно. В целом, техно может служить обеим целям. Оно может быть просто средством без посыла и притязаний. Диджеям важно иметь такие треки. Но с другой стороны, оно может быть невероятно эмоциональным и мощным. Одно не исключает, но даже нуждается в другом.

Техно может быть просто средством без посыла и притязаний, но с другой стороны, оно может быть невероятно эмоциональным и мощным. Одно не исключает, но даже нуждается в другом.

- Какими из старых своих треков ты до сих пор гордишься?
- Я редко бываю довольна тем, что делаю, так что стараюсь не особо критично относиться к своим старым работам. Но мне все еще нравится Deer & Fox. Я люблю голос Mimu, люблю ее лирику. Это красивый трек, который вызывает у меня кучу воспоминаний.

- Это хорошо, что Mimu приняла участие и в новом альбоме. Для тебя важно работать с теми же вокалистами, чтобы поддерживать некое постоянство?
- Мы с ней хорошо сработались. Знаем друг друга уже долгое время. Когда я посылаю ей трек, я знаю, что получу что-то крутое и особенное. Она невероятно талантлива и вкладывает в мою музыку особую чувственность.

- Ты даешь ей полную свободу в работе?
- Да. Я разрешаю ей делать всё, что захочется и обычно результат идеален.

...находить клубы и играть в них...

- Давай поговорим о Wicked Game. Очень удачная кавер-версия у вас получилась. А как тебе кавер, который записала Emika?
- Да! Он очень красив. Это странное совпадение, что мы обе записали каверы одновременно. Когда она выпустила свой раньше, я удивилась. Но мы очень долго работали, чтобы отказаться от выпуска своего.

- А как думаешь, почему вы обе сделали каверы на ту же песню?
- Я не знаю! Это всё Mimu, она подала идею. Я послала ей свой трек, а она предложила сделать из него кавер-версию Wicked Game. По началу я не была уверена, получится ли у нас, ведь оригинал настолько роскошный и у Криса Исаака такой мощный диапазон. Но мы пробовали и пробовали, и после множества попыток нам это удалось.

Единственной моей целью было получить в конце готовую вещь. С этой позиции уже не важно, каким будет отношение к альбому в целом.

- Расскажи поподробнее о Blue Distance. Откуда пришло название?
- Ха! Тема расстояния всегда была мне близка. С юных лет я много путешествую, а сейчас уехала от семьи и друзей. Также речь шла об отношениях через расстояния. Потом, расстояние всегда присутствовало в моей личной жизни и просочилось в мое творчество. Или, к примеру, расстояние между творцом и потребителем. Всё это очень интересно.

- И временные расстояния тоже. Расскажи о ярких моментах и задачах, с которыми ты столкнулась за эти два года.
- Это время было сложным для меня. Первый альбом я записала, когда еще училась. Сам по себе он был сложной задачей, но я не чувствовала давления, так как моя карьера в тот момент даже не началась. Второй альбом принес кучу вопросов. Что делать? Я живу за счет музыки и знала, каким важным моментом в карьере он является. А время пролетело так быстро. Было сложно, но это подтолкнуло меня развиваться дальше, сделало более творческой.

- Мне кажется, что речь идет о давлении, которое ты сама на себя возлагаешь? По крайней мере, Agoria не производит впечатления злого хозяина лейбла, который требует готовить альбомы в нереальные сроки. 
- Ха! Конечно же, давление исходило от меня самой. InFine в этом плане сохраняли спокойствие, но я была просто на взводе. Все, кто говорит, что второй альбом - сложный этап, абсолютно правы.

...а еще - называть свои альбомы "Blue Distance"

- Ты также упоминала лайв-шоу. Расскажешь поподробнее?
- Мне нравится диджеить, но в этот раз я хотела бросить себе вызов и заняться чем-то новым. Я думала о концепте лайвов и до сих пор думаю. Я уже играла с драм-машинами, но хочется сделать выступления еще более живыми - с клавишными, возможно, с пением. Я ведь пела на новом альбоме.

- Круто. А страшно было?
- Очень. Но я хотела сделать это. Чтобы в этот раз не навязываться Mimu и не просить ее “одолжить свой голос”. Я решила попробовать и у меня ушло много попыток. Это был огромный вызов. Я не вокалист, я никогда не училась этому. Нервничаю от одной мысли петь вживую.

- А от мыслей о том, что альбом скоро выйдет, ты тоже нервничаешь?
- Конечно. Я над ними долго работала. Очень интересно, как все обернется. Будет определенный резонанс, будут отзывы. Но я закончила его, я сделала это. Единственной моей целью было получить в конце готовую вещь. С этой позиции уже не важно, каким будет отношение к альбому в целом.

- Не могу дождаться, чтобы услышать его. А тебе удачно провести отпуск!..

Источники: Ibiza-voice.com / Blog.sojeans.fr

Читать дальше »

Студийные секреты Moderat

Эй, мальчик, хочешь записать трек? Не проходи мимо, Гернот расскажет, как. Девочка, не умеешь петь? Спроси у Гернота, он знает всё. Гернот мастер в этих делах, он недавно выпустил альбом. Что, не слышали, говорите? Уууууух, вы многое потеряли! На Битпорт, скорее на Битпорт!

КАК СДЕЛАТЬ ТРЕК 

Инструкция в десяти шагах

1. Для начала приди в студию.
2. Разогрей кофе-машину и аппаратуру.
3. Теперь йога. Много йоги.
4. Затяни с кем-нибудь разговор о жизни и прочих делах.
5. Время ланча, лучше всего - что-то из азиатской кухни.
6. После ланча можешь подремать, это очень важно. Дремай не меньше двух часов!
7. Всё время оставайся онлайн.
8. Попиши какую-нибудь музыку пару минут. Потом можешь открывать первую бутылку пива.
9. Теперь тебе пора сообразить, что наступила полночь.
10. Перед тем, как отправиться домой слегка навеселе, быстренько сваргань тречок и надейся, что он всё еще будет казаться тебе таким же классным на следующее утро.

ОБОРУДОВАНИЕ

Мы использовали кучу разных аппаратных и софтварных драм-машин и синтезаторов, включая iZotope Iris (преимущественно для олдскульных вокальных сэмплов) и OP-1 от Teenage Engineering. Вы вряд ли сможете точно сказать, чем конкретно занимался каждый из нас - всю работу мы делали вместе, постоянно меняя оборудование. Но за гитарные партии отвечал Саша, ведь он единственный из нас, кто умеет играть. Инструменты и звуковые генераторы записывались в Apple Logic без единого функционирующего миди-соединения в студии, всё выполнено вживую.

ВОКАЛ

Вокал мы писали с помощью API Lunchbox и различных HQ-микрофонов от Neumann. Аппарат пел наедине. Повезло, что в нашей студии две комнаты - главный зал и министудия с вокальной будкой. Там Саша и записывался, не боясь, что я или Сзари его потревожим. Закончив, он приходил с USB-стиком в главную комнату, а нам только и оставалось, что объединить его вокал с нашей музыкой.

ЖАЖДА СКОРОСТИ

Когда трое продюсеров собираются в одной студии, нет ничего удивительного в том, что они тратят уйму времени на разговоры о методах записи. По сравнению с прошлым разом работа продвигалась быстрее. На альбом ушло всего полгода. Правда, за первые три месяца реальной работы не было вообще - мы провели их в сплошных спорах. А потом отправились на четырехнедельные каникулы, чтобы отдохнуть друг от друга, но зато в следующие два месяца наконец-то начали писать музыку.
Мы не планировали смешивать вокальные и инструментальные треки, альбом сам таким получился, он органически вырос из нашего творческого процесса. У нас не было времени, чтобы принимать решения, мы просто работали как безумные, не оглядываясь на результат. В итоге получилось пять инструментальных и пять вокальных треков.

СВЕДЕНИЕ

Большую часть альбома мы смикшировали сами, но для того, чтобы его завершить, пришлось привлечь народ со стороны. С микшированием и мастерингом альбома нам помогли ребята из Calyx Mastering. Мы прибегли к их помощи, так как не доверяли в полной мере нашей студийной акустике.

ЗАМЕТКИ НА ПОЛЯХ

Многие песни на альбоме состоят из слоев эмбиентных полевых записей - Modeselektor часто используют эту технику, чтобы выстроить собственное звучание. Большинство таких записей - заслуга Сзари. Он не только постоянно фотографирует самые разные вещи, но и записывает звуки, акустически сохраняя особые ситуации. Иногда - на свой айфон, иногда - на высококачественный рекордер.

Источник: Beatport.com

Читать дальше »

Потерянный альбом Трентмёллера

"Внимание! Потерялся альбом! C двенадцатью треками и странным камнем на обложке. Нашедшему просьба прослушать до конца и запостить отзыв в Фэйсбуке". Такими объявлениями заклеен весь Копенгаген. Мы же создаем рекламу новому полноформатнику Трента другими способами - с помощью смешных фотографий и интервью о процессе его создания.

- У тебя огромнейшая дискография. Ты вообще спишь хоть когда-нибудь?
- Ха-ха, да, сплю, пусть даже иногда у меня и случаются завалы на работе. Особенно, когда пишу альбом. Работа над Lost заняла целых 12 месяцев. На ремиксы и сотрудничество с другими музыкантами уходит меньше времени, но в данный момент мне больше хотелось сосредоточиться на собственной музыке.

- Ты начинал, играя в рок-группе, потом стал электро-диджеем и автором ремиксов, а сейчас снова вернулся к группе. И зачем нужен был такой круговой объезд?
- Я ничего специально не планировал, так получилось. В те времена, когда я играл в группе, я просто устал, а они развивались со мной в разных направлениях - погрузились в бритпоп и хотели звучать, как Oasis или Blur. Это навевало на меня тоску. Зачем звучать как кто-то еще, если ты можешь выработать свое собственное звучание? К тому же, как раз в то время я начал знакомиться с сэмплерами и компьютерами. Меня это увлекло, ведь я получил возможность разрабатывать собственные музыкальные идеи. Позже я снова устал, когда понял, что упускаю человеческий аспект и что мне все-таки нужны инструменты.

- А как и когда ты увлекся электроникой?
- Это было в Лондоне, куда я ездил с классом. Там я впервые услышал Massive Attack и Portishead, а еще - джангл и drum’n’bass. Трип-хоп группы вроде Portishead умудряются звучать мелодично, при этом сохраняя свежесть. Это глубоко поразило меня и когда я вернулся домой в Копенгаген, первым делом купил себе компьютер. Конечно, материал, который я услышал в Лондоне, сильно на меня повлиял, но я пытался найти свое собственное звучание.

- Наверное, в этом тебе помог твой автодидактический подход к работе?
- Думаю, да. Некоторые мои друзья изучали музыку. В этом нет ничего неправильного, но мне кажется, что при таком подходе ты слишком рано начинаешь делить идеи на хорошие или плохие. Я, в свою очередь, работаю более свободно, не имея этих ограничений. Я мог использовать что-то, что другим показалось бы неправильным, в то время, как оно идеально подходило моему звуку. Я во многом полагаюсь на ощущения. Если что-то кажется мне правильным, значит это правильно.

Трудовые будни Трентмоллера

- Вот почему Lost объединяет в себе рок-музыку и электронное влияние?
- Я не считаю себя электронным артистом. Я музыкант. Конечно, я использую в своей музыке электронные аспекты, но я также вдохновляюсь краутроком и шугейзом. Даже фолком, классической музыкой и саундтреками. Но не смотря на все это, я тяжело тружусь над развитием собственного звучания.

- Итак, целый год ты потратил на работу в студии. А сейчас колесишь с группой. Где тебе комфортнее?
- И студия и сцена одинаково важны. Когда я в студии, я одинок. Я предоставлен самому себе, играю на всех инструментах, пишу, музицирую. Я не могу показать свою работу другим, пока она не закончена. Таким образом, когда запись готова, я освобождаюсь и с этого момента могу играть ее вживую с группой.

Что хорошо в музыке, что она может вызывать самые разные картинки в твоей голове - это как когда ты ощущаешь запах чего-то знакомого с детства, а потом внезапно погружаешься в воспоминания.

- Как думаешь, твоя музыка оказывает другой эффект, когда исполняется вживую?
- Определенно. Вот почему мы стараемся, чтобы лайв-версии звучали иначе. Мы просто должны. В записи может быть десять или двенадцать гитарных дорожек, но я не выведу на сцену двенадцать гитаристов. Намного проще сделать другую аранжировку с моими музыкантами. Они знают, как играть и могут поспособствовать хорошими идеями.

- А вообще, твой лайв-сет имеет строгую структуру или тебе выпадает возможность поимпровизировать в нем?
- Если ты посмотришь первое и последнее шоу тура, то поймешь, насколько они разные. Много чего может произойти, мне и самому скучно было бы постоянно придерживаться оригинала, так что мы частенько вносим изменения. Иногда я могу внезапно дать сигнал и мы с ребятами начинаем джемить минуты две, просто потому, что это весело. На этот раз наши первые шоу были разогревом для Depeche Mode и было просто безумно. Мы провели семь крупных шоу, где могли проверить, что работает, а что нет.

Эй, народ, я вас не слыыыыышууууу!

- А на каких концертах ты сам недавно побывал? 
- Посмотрел на одну из моих недавних любимых групп -  The Soft Moon. Я очень их люблю. У них такое ретро-звучание, которое напоминает мне о ранних работах The Cure и Joy Division. Что-то темное, но в то же время не лишенное грува.

- Ты часто видишься со множеством музыкантов. А как решаешь, с кем стоит работать?
- Все происходит естественно. Фактически, когда я пишу музыку, в моей голове уже представлен вокал какого-то певца. К примеру, открывающий трек альбома Dreams, который мы сделали вместе с Low, был написан под ее голос. Я сыграл аккорды и начал думать о Mimi Parker, о том, как бы ее голос подошел к этой мелодии. Я написал песню, завершил ее полностью инструментальной, а потом к работе подключилась Мими и сделала из нее настоящую конфетку. Иногда тебе присылают вокал и ты должен подстраивать его под свою музыку, но в этот раз всё сочеталось идеально. У меня мурашки по коже пошли, да что там, я почти заплакал, когда услышал ее версию.

Запись не должна быть слишком идеальной. Несовершенство дает звуку что-то, что в обратном случае тебе не удалось бы воспроизвести так легко, а небольшие ошибки укрепляют магию альбома.

- Ты объяснял ей, что хочешь услышать в этой песне?
- Я поощряю, когда артисты, с которыми я работаю, делают то, что сами считают правильным. То же самое касается лирики - я не пишу тексты, они пишут их сами. Я просто контролирую процесс. Работать с кем-то вместе может оказаться для меня сложной задачей.

- А были случаи, когда ты писал треки под определенных людей, а они в итоге отказывались?
- Нет, мне очень повезло, что все они согласились. Я положился на удачу. А вообще, процесс в каждом случае разный. Иногда ты скрещиваешь пальцы и надеешься, что они согласятся просто потому, что ты писал музыку, вдохновляясь их голосами. С песней Candy Tongue, которую мы записали с Marie Fisker, всё было просто - я постучался в ее дверь и спросил, не хочет ли она поработать. Но с Low оказалось сложнее - не в плане работы, но в отношении логистики - у нее нет телефона и она редко бывает в интернете, так что пришлось по старинке отправить ей компакт-диск.

Ты что-то мне сказал, синтезатор?

Мэри Фискер 

Как создавался Candy Tongue:

Андерс давно прислал мне этот трек. Стоял декабрь и я засела в студии, погруженная в работу над мелодией и словами. За окном проносились красивые крупные снежинки. Однажды, когда я слушала радио, добираясь поутру в студию, там как раз читали рассказ "The Smallest Woman in the World" бразильской писательницы Клариси Лиспектор. История очаровала меня настолько, что я даже купила ее книгу "Семейные узы". Это сборник рассказов о том, как в повседневной жизни мы сталкиваемся с моментами просвещений и откровений. Благодаря своей сильной личности, интуиции, мудрости и поэзии, Клариси неким образом вписала себя в эту песню.

- Расскажи еще какие-нибудь истории об артистах, с которыми ты  в этот раз сотрудничал?
- Хорошо. Come Undone мы записывали вместе с Kazu Makino из Blonde Redhead в ее ванной. Она сказала, что там особая, специфическая акустика. Я попытался подчистить запись в студии, но что-то в ней было такое особенное, что я решил оставить всё, как есть. Это показывает, что хорошая песня не обязательно зависит от идеальных технических условий. Скорее, дело в определенных вибрациях.

- Coco Rosie тоже записывали первый альбом в ванной. 
- Да. А еще Bruce Springsteen, который свой величайший альбом Nebraska писал на кассетном рекордере. И тот стал лучшей его записью.

- Этот процесс коррелирует с твоим намерением уйти в сторону от идеального электронного звучания? 
- Для меня важнее человеческий подход. Запись не должна быть слишком идеальной. Хорошо, идеальной, но в моем понимании - то есть, когда ты допускаешь несовершенство. Оно дает звуку что-то, что в обратном случае тебе не удалось бы воспроизвести так легко. Небольшие ошибки укрепляют магию альбома.

- Через какую историю ты хотел бы провести слушателей в этот раз?
- Это пусть они сами решают. У меня не было окончательного концепта, который я хотел бы им донести. Что хорошо в музыке, что она может вызывать самые разные картинки в твоей голове - это как когда ты ощущаешь запах чего-то знакомого с детства, а потом внезапно погружаешься в воспоминания. Так что именно музыка определяет всё.

Мало кто знает, что Трент снимался в Стартреке.

- К какому типу артиста ты себя относишь? Считаешь себя сольным музыкантом или лидером группы?
- Я сольный артист, когда я пишу музыку. На сцене я - часть группы. Моей музыке нужна группа, чтобы сыграть ее вживую. Но происходит это только после того, как я закончу ее писать.

- Когда я видел тебя на сцене, ты предстал в образе такого дирижера, который бегал взад-вперед и играл буквально повсюду - то здесь, то там…
- Я был слегка пьян (смеется), но я не люблю просто стоять за клавиатурой. В плане лайвов мне хочется, чтобы каждый вечер был разным, хочется импровизировать.

- Вот почему диджей-сеты кажется тебе ограниченными по сравнению с лайвами?
- Это разные вещи. Диджеинг - веселая штука, но его суть - в музыке других людей. Со временем я устал от этого. Писать собственную музыку и развивать ее со своей группой - куда больший вызов. Это ближе моему сердцу.

- А сам вообще часто ходишь на концерты?
- Мне нравится ходить в небольшие клубы. The Soft Moon, о которых я говорил, играли на площадке, где было от силы сто человек. Это невероятный опыт - ощущать группу так близко. Сейчас мы играем на куче фестивалей, но осенью снова поедем в тур и будем стараться выбирать небольшие площадки. Это непередаваемо, когда все вокруг танцуют и кто-то падает в ударную установку, ха-ха. Иногда всё может показаться хаотичным, но мне это нравится.

Источник: Artistxite.com

Читать дальше »

Собственная фабрика Factory Floor

TRACKLIST

01. Turn It Up
02. Here Again
03. One
04. Fall Back
05. Two
06. How You Say
07. Two Different Ways
08. Three
09. Work Out
10. Breathe I

Factory Floor – лондонское трио, главными инструментами которого являются барабаны, синтезаторы и шум. Gabe Gurnsey, Dominic Butler и Nik Colk Void играют вместе с 2005 года. Единственное, что они выпускали до недавних пор – небольшие синглы и ремиксы, от которых подпрыгивает до потолка сам Джеймс Холден. Не за горами дебютный альбом группы. Что после него произойдет с мистером Холденом, даже представить страшно.

Альбом, который группа решила назвать в честь себя любимых, увидит свет 8 сентября. Войдут на него восемь новеньких треков и двое наших старых знакомых - Fall Back и Two Different Ways – песни, за которые мы уже готовы изготовить кучу статуэток и осыпать ими ФФ.

Запись дебютника продолжалась в течение двух лет и всё это время группа не прекращала выступать. Почти как человек-стрела Оливер Куин, днем они прятались на заброшенной одежной фабрике Mono House в Северном Лондоне, а по ночам выходили играть. По словам ребята все треки на альбоме должны были стать альтернативной стороной их живых выступлений, но никто не понимает, что они имеют в виду. Всю работу Factory Floor выполнили самостоятельно. Синглы, записанные с привлечением сторонних продюсеров показали Гейбу, Доминику и Ник – никто не справится лучше вас самих. Только для микширования пришлось привлечь человека со стороны - Timothy 'Q' Wiles, ведь по словам ребят, их вокал перестал походить на человеческий, Тимоти же смог вдохнуть в альбом воздух и объем.

Читать дальше »

Moderat: впусти свет

Эта тройца стояла у истоков новой Германии. Они видели, как пала Стена, по всей стране прокатилась волна рэйвов и люди начали жить в ритме техно. Сегодня Modeselektor и Apparat выпускают свой второй совместный альбом. О том, каким он получился и чем ребята планируют заняться в ближайшее время, расскажет вам набор букв, представленный ниже.

- Многих интересует, как вам троим работается вместе? Тот ли это случай, когда Modeselektor модифицируют элегантную интроспекцию Аппарата своим нахальством и ритмичностью или всё гораздо сложнее?
Саша: Наверное, именно так мы работали над первыми записями. Это скорее было чем-то вроде общего проекта между ними и мной. Я давал идею мелодии, а Гернот и Сзари отвечали за бит. В этот раз мы с самого начала писали треки вместе и работа над каждым из них шла по своему. Конечно, если трек начинал Гернот, он, скорее всего, рождался с идеи ударных, а когда начинал я - с аккордового звука или еще чего-то, хотя в некоторых треках партии ударных писал я, а Гернот и Сзари не обязательно строили тяжелые биты только потому, что они - Modeselektor. Благодаря этому альбому мы сроднились еще больше.

- Это наиболее важная часть вашего развития - смещение акцента на написание песен? Определенно, ощущается, что вокальные треки выстроены максимально бережно, в изысканном классическом понимании поп-музыки.
Саша: Стоит мне начать петь и песни сами обретают такую структуру. Кто-то может писать открытые треки, как вот Modeselektor, используя голос Тома Йорка лишь в качестве дополнения, но пусть корнями я и в техно, как только начну петь - заканчивается всё куплетами и припевами.

- После длительного перерыва в работе вы, наверное, кучу времени потратили на разговоры о том, что хотите попробовать в II? Был ли у альбома генеральный план?
Саша: Точного концепта не было. Мы не тренированные музыканты, так что наша работа была спонтанной и включала много импровизации. Но что мы для себя уяснили - тебе всегда нужна идея, прежде, чем начнешь - будь то звук, эстетический мастер-план или бит, который послужит искрой для дальнейшего развития. Мы начинали с простого лупа и выстраивали вокруг него трек. Иногда, так как нас было трое, все шло очень быстро - кто-то набрасывал пару идей, они вдохновляли второго, потом я слушал,  говорил “дайте это мне”, шел в другую комнату и начинал петь, а через два часа у нас уже был черновой вариант песни. Нам пришлось несколько раз пройти через это в первые два месяца, чтобы понять, как в итоге будет звучать запись. Идея была: мы хотели сохранить открытую, просторную кинематографичность первого альбома, но так, чтобы музыка не казалась до такой степени вычищенной, как в прошлый раз, с отполированными ударными и прочими вещами. Чтобы новый альбом вышел более бесшабашным. Но в конце ты все равно следуешь потоку. Эта запись не такая тяжелая, как предыдущая, здесь нет новых A New Error или Nr.22, но мы и не ставили цели создать такие треки, они просто не получились бы естественными.

Не, не музыканты! Грузчики мы!

- Говоря о вдохновении, можешь рассказать о музыке, любовь к которой вы втроем разделяете и которая, вероятно, может питать творчество Moderat? К примеру, в вокальных треках и, в частности, в Let The Light In ощущаются определенные нотки R&B.
Саша: Да, признаюсь, виновен. Я уже раньше рассказывал (смеется), мы говорили о бесшабашности этой записи и я открыл более душевный способ пения. Как это случилось? Все дело в идеях, которые рождаются, когда кто-то играет тебе трек.

Мы никогда не пишем музыку, как те, кто сидит в больших студиях в окружении продюсеров и получает чеки от мейджор-лейблов, музыка просто исходит от нас.

- Может быть, вы как раз слушали песни The Weeknd и Drake и думали “да, это интересно”...
Саша: Вообще-то, Гернот иногда включал в студии что-то из их творчества. Конечно, всё, что ты слышишь, вдохновляет тебя. Иногда в опасной мере. Но я думаю, что это лишь малая часть того, что мы слушали и той общей почвы, о которой разговаривали втроем.

- Прес-релиз говорит о времени работы над альбомом, как о “темных шести месецах”. Все дело в том, что вы заперлись в студии посреди зимы, или процесс был тяжелым также в эмоциональном плане?
Саша: Эта зима была худшей за всю историю Берлина. У нас по-настоящему хорошая студия. Обычно ты можешь смотреть из окна на Александерплац, но мы не видели ничего, кроме серой стены напротив. Кстати, Гернот только что пришел…

Лан, шутим, музыканты-музыканты

- Отбросим разговоры о плохой погоде. Гернот в недавнем интервью говорил, что иногда ты боролся за то, чтобы оставить только идеальный в твоем понимании вокал и даже порывался удалить все вокальные треки. Саша, ты шутил, когда говорил, что бывали времена, когда ты уходил кричать в соседнюю комнату?
Оба: (смеясь) Нет.
Саша: Думаю, для ребят из Modeselektor это было неожиданностью. Мы знаем, что значит сидеть вместе в студии, так как годами работаем вместе. Но всё, что касается пения, усложнило задачу, сделав ее более эмоциональной. Бывает, если мне не удается сделать что-то так, как я хочу, мое настроение ухудшается дальше некуда, а им приходится мириться с этим. Они могут сказать “да ладно тебе, это реально хорошо”, но я все равно не поверю. Ненавижу петь. Да, я очень предвзято отношусь к вокальным трекам.

Если бы ты реально знал, как мы работали над этой записью, как Pfadfinderei сделал свой артворк… Снаружи все выглядит большим и тщательно составленным планом, но это не так.

- Один из ваших новых треков даже получил название “Терапия”. Вам приходилось раз за разом говорить с Сашей и успокаивать его во время этого эмоционального процесса?
Гернот: Это была групповая терапия. У нас были собственные проблемы во время работы. И у меня, и у Сзари свои семьи и дети, нам всегда есть чем заняться - что-то достать, с кем-то встретиться, забрать детей из детсада и всё в таком духе. По началу это было одной из главных проблем. Саша все еще живет нашей старой жизнью - он такой техно-рок-н-рольный музыкант, который много путешествует и записывается. Первые три месяца ушли на поиски общего ритма и рабочего потока. Мы много говорили и не знали, куда нас заведет этот процесс. Пришлось даже взять небольшой перерыв и отдалиться друг от друга, но когда мы вернулись, всё прояснилось. Мы увидели чистое небо.
Саша: То, что говорит Гернот - отчасти правда. Каждый день они расходились по домам, возвращались к семьям, жили своей жизнью. Это здоровое поведение, так, в принципе, и должно быть. Я же приходил домой ночью, просыпался и снова возвращался в студию. Несколько месяцев в таком графике очень выматывают.

- Лирика в II просто саморазрывная. Ты, Саша, полон сожаления и тревоги. Даже потенциально эйфорические песни все равно тревожны. Меланхолический взгляд на жизнь характерен для тебя?
Гернот: Давай лучше назовем его глубоким.
Саша: И да, и нет. Такой он я. Как говорит Гернот, я просто предрасположен видеть негатив, хотя в моей жизни, да и во всех наших жизнях происходит много хорошего. Но время, которое мы потратили на работу, было для меня счастливым. Мне не было сложно. А тексты здесь почти все старые, я собрал их еще год назад или около того и по большому счету писал в те моменты, когда возвращался из бара пьяным и разочарованным. Не знаю, о чем писать, когда ты счастлив.

А еще мы психи. Да. С во-от такими глазищами.

Веселые истории

• Ребята познакомились на небольшом берлинском фестивале для новичков, а уже в 2009 году Resident Advisor обозвал их концерт "Live Act Of The Year". 
• Над первым своим альбомом ребята колдовали в той же студии, где когда-то жил Дэвид Боуи.
• Безумные видео для Модератов снимает их друг Pfadfinderei. Коллаборацию с ним в шутку называют Pfadselektor. 

- Некоторые треки звучат так, словно их создавали специально под фестивальную публику. Они гимновые и масштабные. В параллельной вселенной такая музыка вполне смогла бы конкурировать с Coldplay или U2.  Вас переполняло желание писать большие гимны, в которых сложно добиться достоверности?
Саша: Все это просто случилось. Это неправильно - думать, что случится, когда музыка покинет студию. Или внезапно начать зависеть от ожиданий слушателей. Люди разное говорят о сложности второго альбома и чтобы он не стал для тебя таким сложным, проще об этом не задумываться.
Гернот: Меня переполняло желание закончить как можно больше треков, которые бы всем нам понравились. Мы никогда не пишем музыку, как те, кто сидит в больших студиях в окружении продюсеров и менеджеров по артистам и репертуару и получает чеки от мейджор-лейблов, музыка просто исходит от нас. Но спасибо, что посчитал нас похожими на Coldplay.
Саша: (смеется): он этого не говорил.

- Ха! Нет, действительно не говорил. Но, в отличие от большинства андерграундных музыкантов, кажется, что вам даже нравятся эти общие сентиментальные моменты. К примеру, когда Modeselektor диджеят, Сзари призывает людей поднимать зажигалки под Rusty Nails. Это исходит от чистого сердца или вы иронизируете?
Гернот: Все объясняется очень просто. Когда мы диджеим, Сзари приносит с собой драм-машину и пару небольших коробочек, но музыку играю в основном я, так что (смеется), надо же ему чем-то занять себя, пока он в течение двух часов стоит под боком?. Вот он и поднимает зажигалки, разбрызгивает шампанское, серфит по толпе. Но мы любим такие моменты. Rusty Nails важна для нас и мы часто используем этот прием с зажигалками. И народу это нравится. Дело не в том, чтобы всегда быть уберкрутыми парнями, которые играют самый горячий танцевальный материал. Нужно веселиться и дарить людям счастье, понимаешь?

Приходи на наш концерт!

- Ну а как это воспримут в Берлине? Берлинская сцена кажется мне очень серьезной и даже воинственно-антикоммерческой. А то, что выпустил Moderat - практически поп-запись. Не беспокоит, как ее примут?
Гернот: Да нет, я думаю, люди как раз этого и ждали. Это освежает. Что-то красочное и эмоциональное. В Берлине каждый знает, кто мы и откуда. Не думаю, что нам нужно что-то объяснять или следовать стереотипам о Берлине, о которых ты прочитал в каком-то журнале в самолете.
Саша: К тому же, переход был медленным. Это ведь не тот случай, когда мы внезапно сказали “а давайте сделаем поп-альбом?”. Сюда плавно входят новые элементы, которые ты охватываешь и добавляешь своей музыке. Мы писали андерграундный материал и играли на андерграундных вечеринках большую часть своей жизни. Другие дети могут проводить безумные вечеринки в подвалах Neukölln и порой это всё еще весело, но, возможно, мы просто переросли это. Хотя, я люблю берлинский андерграундный менталитет. Если ты возьмешься промоутировать здесь шоу Дэвида Гуэтты, вряд ли у тебя что-то получится и я рад этому.
Гернот: И мы все еще дружим со всеми этими ребятами из клубов. Все еще делаем с ними музыку и выпускаем их. У нас есть свой лейбл 50 Weapons, потому что мы всё те же, что и 10 лет назад. Мы не изменились. Просто стали играть на больших площадках и фестивалях. Пару недель назад мы участвовали в бесплатной вечеринке в берлинском парке. С нами были Buraka Som Sistema и еще пара ребят с нашего лейбла и это просто поразительно - сколько людей пришло посмотреть. Пять или десять лет назад всё было иначе.

- Даже андеграундным клабберам все равно нужна какая-то мелодия, какая-то поп-музыка в их жизни, верно?
Гернот: Конечно. Я не верю в иерархию. Не верю тому, что пишут блоги и журналы. Я следую тому, что внутри. Я люблю честную музыку. Музыку, которая говорит со мной. И мы пытаемся делать это. У Модерата нет концепции за спиной. Чувак, если бы ты реально знал, как мы работали над этой записью, как Pfadfinderei сделал свой артворк… Снаружи все выглядит большим и тщательно составленным планом (Саша смеется), но это не так. Поверь мне.

Источник: Resident Advisor

Читать дальше »