Заброшенный склад. Гитаристка Ник Войд, клавишник Доминик Батлер и ударник Гэбриел Гюрнси отдыхают после напряженных месяцев работы над дебютным альбомом. Впереди куча лайвов, но пока можно выделить несколько часов и рассказать о себе журналистам. Чем они, собственно и занимаются.
- Расскажите немного о том складе, на котором вы сейчас находитесь.
Гейб: Это заброшенная швейная фабрика в Северном Лондоне. Что о ней сказать? Просто большое пространство с кучами…
Ник: Хлама!
Гейб: Да, хлама. Это творческое место, мы можем разложить здесь оборудование, возиться с ним, делать всё, что в голову взбредет.
Ник: Это наше общее пространство, здесь мы настраиваем инструменты перед лайвами. Еще есть отдельная инженерная комната, куда мы ходим, чтобы чуть больше развить наши лайв-треки. Я много чего делаю с обработкой вокала впоследствии. Мы ощутили, что было важно дать нашим песням тот же фундамент, что и у исполненных вживую, так что обычно мы целый день играем, а потом берем то, что записали и решаем, продолжать ли работать с ним дальше или выбросить.
- Ты сказала “общее пространство”. Имелось в виду - общее для вас троих, или вы приглашаете сюда и других музыкантов?
Ник: Мы приглашаем других людей, только если собираемся записать что-то с ними вместе. Оно также оказалось очень подходящим для резиденции ICA, так что когда Питер Гордон (который выступал вместе с группой в ICA) к нам прилетел, мы работали здесь пару дней. Потом он еще приходил по отдельному поводу - нужно было что-то сделать для Café Oto, так что мы сказали: “приходи, и друзей приводи”. Это место открыто для наших друзей, здесь реально подходящая для творчества атмосфера и нам нравится поддерживать ее такой.
- Есть ли какая-то философия, лежащая в основе Factory Floor?
Ник: В основном, вся фишка в том, чтобы мыслить открыто и делать всё в свой собственный способ. Если что-то дается нам слишком легко, мы его отбрасываем. Мы привыкли нарочно усложнять для себя задачи.
Белая и пушистая группа Factory Floor
- Возвращаясь к ранним дням группы, в какой момент вы по-настоящему ощутили, что достигли вашей текущей инкарнации?
Гейб: Мы ощутили, что Factory Floor реально начались, когда Войд к нам присоединилась.
Доминик: Да, я думаю, раньше это была другая группа.
Гейб: Просто у нее было то же имя. Мы писали другую музыку и у нас была другая рабочая этика.
Доминик: Мы были в состоянии перехода и когда Ник присоединилась к нам, она прочертила границу между тем, что было раньше и тем, что последовало потом.
- А после того, как Ник вошла в группу, сколько времени вам понадобилось, чтобы попасть в теперешний ритм?
Гейб: Я думаю, у нас всё переключилось, когда мы писали A Wooden Box. Это первая песня, которую мы играли вместе. A Wooden Box и Lying были точками, в которых мы учились работать вместе, получая первый адреналин и первые нервы от игры вживую. С этими двумя песнями мы наметили свой курс и очень быстро их выпустили. На R E A L L O V E ушло чуть больше времени. А Two Different Ways стала для нас поворотным моментом в множестве смыслов - в звуке, в способе записи...
- Я думаю, она также стала тем моментом, после которого люди поняли, откуда вы на самом деле происходите.
Ник: Да, определенно. До нее мы записывались в студии вместе со звуковыми инженерами, а начиная с Two Different Ways стали работать на собственной территории, что помогло нам сплотиться. У нас было время, чтобы сфокусироваться на собственных задачах. Я помню, что когда занималась вокалом, хотела уйти от того, чтобы топить его в реверберации и звучать темно, мне хотелось поиграть с питчингом бэк-вокалов вниз, с минимализацией того, что я делала, а потом к делу подключились Гейб и Доминик.
Суть Factory Floor в том, что это производственная линия, где нет одного главного мастера, который говорит тебе, как что делать, но есть трое нас - три человека, которые создают свой продукт, а наша музыка крутится и крутится, пока не доходит до завершения.
- Какую музыку вы слушали, когда росли и с какого момента поняли, что нестандартная музыка вам больше по вкусу?
Ник: Если отвечать честно, я росла под музыку из чартов. У папы был пишущий кассетник с микрофоном, вмонтированый в приборную панель его машины, так что мы ездили кругами и записывали радио-чарты. Довольно безумно, если оглянуться на те времена. Сколько раз мы могли попасть в аварию! Папа любил слушать Майкла Джексона, а мама - Рэнди Кроуфорда, мне же нравились 808 State. Думаю, все начало меняться, когда я впервые услышала Sonic Youth.
- А что слушал юный Гейб?
Гейб: Я - большой фан Майкла Джексона. Я даже недавно записал микс для 6 music (BBC) и включил туда один из его треков. В его музыке часто использовались драм-машины Linn, которыми я безумно увлекался, но не мог себе позволить. Боже, это действительно звучит скучно и по-гиковски.
Так вот, мой брат купил на Рождество альбом Bad, когда мы были еще детьми. А еще я часто слушал папины записи и барабанил под них, когда пытался научиться.
- Сейчас в музыке у вас остались “запретные удовольствия”?
Ник: Да! Я очень люблю альбом Avalon Roxy Music. Наверное, всё дело в белом смокинге.
Они очень стесняются журналистов и фотографов
- Как вам самим кажется, ваш альбом долго готовился?
Гейб: Думаю, если вспомнить времена, когда мы писали материал вроде Lying и A Wooden Box, мы бы… он не ощущается правильным для тех времен, но я думаю, что мы еще учились, хотели исследовать свои возможности.
- А что же растянуло процесс записи на такой долгий срок?
Гейб: Мы проводили кучу лайв-шоу во время его записи, но эффективно использовали их в качестве репетиций. Главной целью было научиться записывать свою музыку самостоятельно, самим спродюсировать собственный альбом. Это было одной большой кривой на графике нашего обучения. Так что два года мы находились в постоянном движении туда-сюда - от концерта к студии и наоборот, повторяя это по несколько дней за подход. Мы не из тех, кто пристегивается на пару месяцев в студии.
- А были времена, когда вы задавались вопросом - “а нужен ли вообще нам альбом”?
Гейб: Да, были времена, когда мы думали “зачем делать его стандартным способом”. Выстраивая альбом, мы подходили к нему больше с позиции винила - не в смысле звучания, но в том, что касалось порядка прослушивания и тайминга. Ну, знаешь, как бывает, когда ты меняешь сторону пластинки? Ты фактически получаешь совершенно иной опыт в противоположность цельному потоку альбома.
Нам было важно дать песням тот же фундамент, что и у исполненных вживую, так что обычно мы целый день играем, а потом берем то, что записали и решаем, продолжать ли работать с ним дальше или выбросить.
- А по какой причине вы назвали альбом именем группы?
Гейб: У нас бы ушло еще два года на то, чтобы придумать название, которое бы всех устраивало. По правде, это было, словно мы начали с чистого холста. Всё, что мы хотели донести своим названием, что альбом - это начало Factory Floor и до него ничего, не считая синглов, не существовало.
А вообще суть Factory Floor в том, что это производственная линия, где нет одного главного мастера, который говорит тебе, как что делать, но есть трое нас - три человека, которые создают свой продукт, а наша музыка крутится и крутится, пока не доходит до завершения. В моем понимании, мы - это три первичных элемента музыки - ритм, основа и шум, который Ник создает со своей гитарой и с помощью сэмплирования.
- Не хочу слишком глубоко забираться в дебри производственного процесса, но сколько времени уходит на то, чтобы записать трек без перерывов? И вообще, как это происходит? Этот процесс легкий и живой или он состоит из постоянных пересмотров и доработки?
Доминик: Некоторые треки записались моментально, на другие ушло больше времени.
Гейб: С разными треками по разному, но тот, который реально был записан впритык - это Fall Back. Мы записали его вживую. Есть, конечно и другие способы - наложения и прочее. Work Out мы сделали похожим образом. И Here Again - его тоже за один раз. Turn It Up тоже. Конечно, основы этих треков были заложены, когда мы втроем играли их вживую, но было также и много треков, которые мы разрушили чрезмерной обработкой.
Ник: По моему, это вообще сложный вопрос. Всё равно, что спросить “как долго писали струнную партию”.
Гейб: Этот процесс растянут во времени, но мы любит записываться подолгу, чтобы уловить в живой игре тот момент, где все оказывается заперто внутри. Тебе не удастся добиться этого моментально, просто сказав “давайте, погнали”.
Доминик: Ты сам понимаешь, когда этот момент наступает. У каждого из нас что-то вроде группового понимания, когда мы ощущаем “вот, всё должно быть прямо, как сейчас”. Иногда ты преодолеваешь эту точку и тогда приходиться отметать результат.
Ох ты ж йожик, что же мы ответили?
Какая музыка вдохновляла вас в процессе записи?
Гейб: Мы вообще мало что слушали, пока писали. Не хотели, чтобы эта музыка просочилась внутрь. Хотя я часто включал Daniel Avery и был момент в прошлом году, когда я, слушая его 'Need Electric' и 'Water Jumper', подумал “ай, блин, до чего же здорово”. Так что я взял себе эту его простоту и умение заставить людей танцевать.
Вообще, вся ваша музыка очень упрощенная и примитивная, поэтому я хотел бы спросить, насколько вы опытны технически? Был ли момент разучивания того, что вы знали, чтобы работать так?
Гейб: Никто из нас не учился или не брал уроков, так что технически - нет, мы не имеем в этом никакого понятия.
Ник: Мы, наверное, сформировались определенным образом благодаря музыке, с которой росли, благодаря тому, что играли наши сверстники и группам, в которых мы играли до Factory Floor, так что, возможно, разучивание всех этих вещей имело место быть.
- Я знаю истории о многих людях, которые пишут просто невероятную музыку, не имея технических или музыкальных знаний. К тому же, есть люди, которые пытаются забыть всё, что знают, чтобы достичь определенной точки в творчестве и я не знаю, что из этого больше подходит вам.
Гейб: Определенно первое. Мы делаем всё инстинктивно. Каждый из нас троих очень хорош в том, чтобы делать всё сам. Мы намного больше любим прикладывать руки к разным вещам, возиться с ними и изобретать звуки, чем работать над ними по чьей-то методике.
Альбом - это начало Factory Floor. До него ничего, не считая синглов, не существовало.
- Бывали моменты, когда вам приходилось удалять элементы, которые вы добавляли к трекам? К примеру, добавили что-то, а потом думали “нет, нужно урезать до того, что было раньше”.
Ник: (
смеется) Гейб?...
Гейб: Да, со мной так было несколько раз.
Доминик: Думаю, с каждым было. В определенные моменты мы отматывали назад то, что только что закончили, возвращались назад на пару шагов и говорили “не стоило делать всё так буквально, хватило бы и намека”.
Ник: Я думаю, мы дошли до такого состояния, когда начали излишне друг другу доверять, потому как были моменты, где мы не могли точно сказать, а не вложили ли мы в них слишком много от себя? Гейб или Доминик обычно говорили мне, если я переборщила с гитарой и должна немножко убавить. Меньше - это больше. И наоборот. Такой контроль качества наших самодельных треков.
Как только не называли вашу музыку в ваши ранние дни - пост-панк, индастриал… Многие из авторов этих характеристик сегодня чувствуют себя обманутыми. А как вы сами можете описать музыку, которую делаете?
Доминик: Любознательная музыка. (
смеется). Но я правда так думаю. Мы такие - любознательные и творческие.
Гейб: Фанк. Диско-фанк, чувак. Здесь всего понемногу, а пост-панк и индастриал - это просто…
Ник: Это слегка скучно.
Гейб: Скучно, когда люди так о нас говорят. Да ладно вам? Я не хочу сказать, что мы против ярлыков, просто следующая наша запись может звучать совсем иначе.
Factory Floor до сих пор не могут отойти от своего ответа
- Вы волнуетесь перед концертами? И вообще, больше волнуетесь до, во время или после своих шоу?
Ник: Вообще я всегда волновалась, но сейчас мое мироощущение изменилось. Я по-настоящему поверила в свой интуитивный подход к игре. Cosey Fanni Tutti как-то мне сказала: “в худшем случае ты просто выставишь себя дурой”. Это небольшая плата за продвижение вперед.
- А мне кажется, что в разных ситуациях вы - разная группа. Впервые я увидел вас в 2010 году на ATP и я помню, что подумал… Вам придется сейчас меня выслушать - мне это совсем не понравилось.
Гейб: Всё в порядке.
- Но во второй раз это было на вечеринке в Durrr, в атмосфере ночного клуба и там всё было просто супер. Думаю, это была лучшая вечеринка на которую я попал.
Гейб: Может, у тебя просто шарики за ролики заехали от колес?
- Да не заехали у меня шарики за ролики, нет, я по-настоящему хорошо провел время.
Гейб: Погодь, а что это вообще за ATP такой был?
- Когда вы выступали вместе с Liquid Liquid.
Гейб: А, да, это было просто ужасно! Реально отстойнейшее шоу, здесь я с тобой согласен. Я могу тебя понять, если после него ты думал, что мы ничего не стоим. Всему виной лихорадочная настройка техники. Был полный кошмар.
- Я думаю, тогда вы выступали перед толпой бородачей, которые тупо стояли и смотрели, а сейчас все расценивают вас, как танцевальную группу.
Гейб: Да нет же, всё дело в технике. Мы потратили кучу времени на то, чтобы выстроить наш набор, провели массу тонких изменений. Но это скучные технические вещи.
Представь, а что, если бы мы писали альбом в окружении слушателей? Ты получаешь адреналин, ощущаешь эту пульсацию нервов - вот чего нам не хватало.
- И ваш прогресс по-настоящему заметен - вы начинали, как нойз-группа, но потом научились раскачивать танцпол. Что вы вообще ощущаете, когда видите, как слушатели в клубе впадают в состояние эйфории?
Гейб: Это здорово. Правда, это просто самый лучший кайф, его ничем не перекрыть. Когда звук на сцене настолько громкий, что практически окружает нас, мы точно знаем, когда он защелкнется в замок, а когда слушатели встречаются с нами в этой точке и начинают сходить с ума - лучшего ощущения и не придумаешь. Я знаю, это невозможно, но представь, а что, если бы мы писали альбом в окружении слушателей? Ты получаешь адреналин, ощущаешь эту пульсацию нервов - вот чего нам не хватало. Подожди, хорошо, я имею в виду, что не хватало именно здесь - что для нас большой стыд. Может быть, сделаем так в следующий раз?
- Вы говорили, что потратили кучу времени на работу с оборудованием, но разве ваш альбом не микшировал человек со стороны, с которым вы никогда не встречались?
Гейб: Да, мы полностью доверились парню (Timothy "Q" Wiles), с которым никогда раньше не виделись. Он живет в Лос-Анджелесе, не знает нашего звука и ни разу не видел нас вживую, но он полностью уловил эту идею. Во множестве смыслов даже хорошо, что он не знал этого раньше. Ты ощущаешь, что можешь отпустить свою музыку легче, а когда получаешь ее назад от этого человека, то больше не ощущаешь ее своей собственной. Слушать ее - больше как опыт, поскольку она воспринимается чем-то чужим.
- Особенно учитывая, какими самостоятельными вы были всё это время.
Гейб: Определенно. Я думаю, был момент, где мы должны были отступить. Момент, где ты теряешь ясность взгляда.
А еще у ребят раздвоение личности
- А почему вы не используете аккорды?
Ник: Я не играю на гитаре традиционным способом. Использовать аккорды было бы неправильным для меня.
Доминик: Так же и для меня. Я играю более ритмичные вещи, а Войд играет на гитаре по-своему.
- Ник, расскажи мне побольше о твоих взаимоотношениях со смычком. Ты раньше играла на каком-то струнном инструменте? На скрипке, например?
Ник: Это даже немного забавно, ведь смычок у меня появился раньше, чем скрипка. Моя мама предположила, что раз я играла со смычком - значит, я хотела играть на скрипке, так что она купила мне одну на аукционе. С тех пор я разбирала ее, экспериментировала с мостиком на моей гитаре, но все равно, предпочитаю играть барабанной палочкой. Она - основа для смычка. Все зависит от длины и на один конец я добавляю больше канифоли, чем на другой, чтобы обеспечить больше контроля. Игривый звук и более физический.
- А вы вообще договаривались об этом коллективно? Или просто пришли к этому?
Гейб: Для нас естественно, чтобы каждый мог изучать что-то интересное. Если мы пересмотрим эти основы, все станет скучным.
Доминик: К тому же, всё это более абстрактно, вот почему мы это и предпочитаем.
- Вам не кажется, что именно поэтому многие считают, что ваша музыка звучит одинаково?
Гейб: С точки зрения повторяемости?
- Да.
Гейб: Хорошо. В музыке нет правил. Если люди думают, что она создается только аккордами, тогда их взгляды на жизнь - тупые. Они может создаваться в любой форме, любым способом, которым только заблагорассудится. Многие люди все еще такие недалекие, а ведь на дворе уже 2013 год. Мы встречали массу комментариев в духе “ой, как монотонно” и вещей вроде того.
Доминик: Когда ты слышишь, как играет ритм самбы, ты ведь не подойдешь к парню, чтобы спросить “эй, куда ты дел аккорды?”
Гейб: Мы изучаем элементы примитивной музыки, мы не пытаемся изучить “как стать популярным инди-бэндом”. Это просто тупо. Это не в нашей природе.
- Да я и не против, некоторые из моих любимых песен построены на одной ноте.
Гейб: Иногда меньше - это больше, разве нет?
Источники:
Dummymag.com / Thefourohfive.com / Theransomnote.co.uk
16:05
Brio
С детства Малкольм мечтал попасть в телевизор
Солнце на Мальте очень низко, практически у тебя за спиной
Малкольм уснул от этого интервью
Steinberg Cubase
Spectrasonics Omnisphere
Ableton Live
Universal Audio Cambridge EQ
Universal Audio Roland RE-201
Винсент прячется и что-то жует
Вот кто в ответе за большинство аварий в студии
Эх, а про нас забыли написать...
Сама сосредоточенность
Клара любит теряться посреди пустых улиц...
...и танцевать со своим двойником...
...находить клубы и играть в них...
...а еще - называть свои альбомы "Blue Distance"
Трудовые будни Трентмоллера
Эй, народ, я вас не слыыыыышууууу!
Ты что-то мне сказал, синтезатор?
Мало кто знает, что Трент снимался в Стартреке.
